Логин: Пароль: Регистрация Забыли пароль?
Добавить в избранное  
 Инстаграм redwhite.ru Официальный канал REDWHITE.RU на youtube  вконтакте redwhite.ru  Твиттер redwhite.ru Главная Поиск Карта сайта Версия для печати
Фотографии
Видео
Таблица ЧР 2018/2019


команда


и

о

Зенит

Зенит 29

61

Локомотив

Локомотив 29

53

Краснодар

Краснодар 29

53

СПАРТАК

СПАРТАК 29

49

цска 29

48

Арсенал

Арсенал 29

45

Ростов

Ростов 29

41

Оренбург

Оренбург 29

40

Ахмат

Ахмат 29

39

Рубин

Рубин 29

36

Урал

Урал 29

35

Динамо

Динамо 29

32

Крылья Советов

Крылья Советов 29

28

Уфа

Уфа 29

26

Анжи

Анжи 29

21

Енисей

Енисей 29

19

ФНЛ 2018/2019
Молодежные команды


Опрос
  1. Ну и как завершится сезон для команды?
    1. Победой и 4 местом! - 23 (62%)
       
    2. Наивный!Безликая ничья-ничего некому не нужно, все уже мыслями "в отпуске" - 8 (22%)
       
    3. Проигрыш, и "позор моим сединам"-мы ниже "коней" - 6 (16%)
       



Игорь Ледяхов: «После 0:5 от «Зенита» Эмери растерялся. Думал, состав «Спартака» сильнее»

15.03.2019



Большое интервью звезды романцевского «Спартака».
  • Почему в «Спартаке» не получилось у Лаудрупа с Эмери?
  • Как пережить землетрясение на сороковом этаже?
  • Почему дебютный матч в Лиге чемпионов «Спартак» провел в синей форме?
  • Кто любимый футболист Андрея Федуна?

В свободное от работы в нашем футболе время Ледяхов живет в пригороде Барселоны Сан-Кугате. Солнечным мартовским утром Игорь встречает меня у вокзала Сантс, и мы полчаса кружим на его серебристом мерседесе, разыскивая место для парковки. Зато можно изучить местность: «Здесь российское консульство, — говорит Игорь. — А здесь жил Неймар, когда играл за «Барсу».

— Раз мы в Барселоне, вспомним ваш первый матч и первый гол в Испании.

— «Камп Ноу», дрим-тим Кройффа с Ромарио, Гвардиолой и Куманом. Мы выиграли 2:1, я действовал под нападающими и в конце первого тайма дальним ударом забил победный гол. Игра была сумасшедшая — ее даже показывали по Canal Plus. Мы так долго праздновали победу над «Барсой» (не могли остановиться), что вскоре проиграли «Бетису» 0:5. Правда, отмечают тут не так бурно, как раньше в России.

— Вы могли и сами играть в «Барсе»?

— Да. О ее интересе мне рассказал помощник Кройффа Карлес Рексач, пригласивший меня в Японию. Всех русских ребят в Испанию привез агент, которого мы звали Хуан Маньяна (mañana — завтра). Он всех дурил. Прописывал в контракте сумасшедшие отступные, о которых мы ничего не знали. За Карпина «Валенсия» их заплатила, а «Барселона» за меня — нет.

— Сколько вы стоили?

— В пересчете на евро — шесть миллионов.

— Ваша первая игра на «Камп Ноу» — со «Спартаком» в Лиге чемпионов-93/94. Что запомнилось?

— Карпин открыл счет, но проиграли 1:5. Замены повлияли на ход матча.


Андрей Пятницкий, Игорь Ледяхов и Валерий Карпин 

— Вас заменили в перерыве?

— Да, на Родионова. Поведя 1:0, решили, что порвем «Барселону», но нас стали возить. Зато со «Спортингом» я всегда удачно играл против «Барсы».

— Какой еще матч запомнился?

— Ноябрь 1996-го. «Барсу» тренировал Бобби Робсон, а помогал ему Жозе Моуринью. При счете 0:0 их центрального защитника Надаля удалили за фол на мне, и мы начали гонять «Барсу», как шариков. Вот-вот бы дожали, но наш тренер Бенито Флоро вдруг заменил меня — ему хватало и ничьей. Увидев, что я покидаю поле, Моуринью перекрестился: «Слава богу, его заменили».

— Сами это увидели?

— Рассказали знакомые игроки «Барселоны».

— В «Спортинге» вы пересеклись с Давидом Вильей?

— При мне его подняли из молодежной команды. Техничный мальчишка. В своем первом матче за «Спортинг» — в Мурсии — он заменил как раз меня. Я хорошо знал его отца. Тот не футболист — работяга, но так любил футбол, что приходил на каждую тренировку сына и завтракал с нами в кафе у поля.

— Вы тоже тренировались на глазах отца?

— Да, он был директором стадиона в Кудепсте. Туда раньше приезжала вся советская высшая лига. Прямо в наш огород прилетали мячи. Так что ими моя школа была обеспечена прекрасно. Заканчивал я футбольную учебу в ростовском интернате. Как и младший брат Олег — вратарь, игравший потом в Арзамасе и Омске. В том же интернате Юру Ковтуна научили коваться — бить по ногам.

— Самая веселая поездка с ростовским СКА?

— Ланчхути. Грузинское село. Местная «Гурия» рвалась в высшую лигу. Рядом с Ланчхути не было аэропорта, и мы приземлялись на военный аэродром. Захожу в номер единственной гостиницы, а там — вино и фрукты. Будто артистов встречают, а не футболистов.

— В Ростове вы играли с Альмиром Каюмовым. В игре он не походил на будущего судью?

— Постоянно выяснял отношения с судьями и получал красные карточки. Став арбитром, судил игру моего «Шинника» с «Жемчужиной». Мне очень не понравилось, как он работал. После игры я ему это высказал. В дружеской форме.

— Он покончил жизнь самоубийством из-за психологических проблем?

— По-моему, проблемы были семейного характера.

— Кто увез вас из Ростова?

— Тренер-селекционер «Днепра» Рохус Шох. Сейчас он в исполкоме РФС. Первый товарищеский матч за новый клуб — на «Бернабеу» против «Реала»! Играя в центре защиты, я противостоял Бутрагеньо с Уго Санчесом и забил в свои ворота. После матча кто-то из ребят подколол: «Ох, чувствую, будешь в Испании играть». Напророчил.

— В Днепропетровске 1990-го чувствовалось, что Украина скоро станет заграницей?

— Нет. Мне было комфортно еще и потому, что игроки «Днепра» считались в городе героями. Никто и подумать не мог, что отношения между народами испортятся. У меня-то вообще жена украинка — из Одессы.

— Встретились в Днепропетровске?

— В Москве. Познакомил друг — Юра Никифоров.

— Из «Днепра» вас увел тот же Шох?

— Да, получился скандал. Тренер Кучеревский не отпускал меня в «Ротор», и я уходил через КДК. У меня был контракт с «Днепром», но клубы между собой договорились — из Волгограда привезли мешок черной икры.

— Почему так рвались в Волгоград?

— Хотел сменить обстановку. В «Днепре» здорово начал, забил Черчесову метров с тридцати, а потом полгода не играл из-за инфекции в коленях. Два месяца не могли поставить диагноз. Похудел на десять килограмм. Три недели не ходил. Ездил на инвалидной коляске. Чуть не закончил с футболом.

— Самая тяжелая стадия болезни?

— Когда врачи не понимали, что со мной. Думали все что угодно. Приехав с «Динамо» в Днепропетровск, Бышовец сказал на установке: «Смотрите, у них один уже СПИДом заболел». Шутка такая. Узнал о ней от друзей-динамовцев. А вскоре был вызван Бышовцом в сборную.

— За нее вы забили Сальвадору с тридцати пяти метров.

— Да нет — с центра поля. Потом такой же положил «Ювентусу» — в товарищеском матче за сборную. Играли на старом туринском стадионе «Делле Альпи», и из-за тумана мяч было плохо видно.

— На Евро-1992 ехали запасным?

— Перед турниром провел много матчей за сборную, но в Швеции Бышовец сказал: «Игорь, играть не будешь». О причинах умолчу — они не игровые. Главное, начали-то мы неплохо — ничьи с чемпионами мира и Европы, немцами и голландцами. Оставались шотландцы. С ними договорились, а они вышли пьяные на игру и победили.


УЕФА 1992 года между сборными командами СССР и Германии

— Договаривался Михайличенко?

— Да, он же играл в «Глазго». Поехал к ним перед игрой и все решил. Все были спокойные, а потом — бам, 0:3. На том турнире за сборную СНГ ни секунды не сыграли только два человека — я и Черчесов.

— Что за конфликт закипел в «Роторе», пока вы отлучались в сборную?

— За выход в высшую лигу президент Горюнов обещал определенную сумму. В конце решил не давать. Ребята — Калитвинцев, Клейменов, Гудименко — возмутились и разбежались. Если б мы тогда не ушли, «Ротор» выиграл бы первый чемпионат России — сто процентов.

— Почему Горюнов не заплатил?

— Видимо, возникли проблемы с деньгами. Сказал бы: «Подождите, все будет». А он — ультимативно: «Нет». Раз обман, мы ушли. Причем Горюнов привозил деньги на сбор в Сочи. Но — одному мне, чтобы я не уходил. Ответил ему: «Нет, надо всей команде давать». Горюнов не взял деньги, оставил передо мной.

— А вы?

— Взял — они же мои. Через месяц-два перешел в «Спартак», и Горюнов напомнил про деньги. Я вернул их через Романцева. Получилось, что моей премией за выход «Ротора» из первой лиги «Спартак» расплатился за мой переход.


Игорь Ледяхов

— Волгоградский сезон был полон приключений?

— Запомнилась поездка в Наманган. Стадион битком: пятьдесят тысяч человек в тюбетейках и с семечками. Накануне я впервые попробовал настоящий плов. Нас очень щедро угостили, рассчитывая склонить к поражению, но мы победили 1:0.

— Что потом?

— В Волгоград возвращались чартером. В хвосте салона ели курагу с изюмом, а перед посадкой увидели, что пилот спит на пассажирском сиденье. Я был в шоке, но другой пилот (их было четверо) успокоил: «Да он нам не нужен. Пусть отдыхает».

— Когда позвали в «Спартак»?

— Романцев позвонил по ходу чемпионата-1991, но сначала я отказал. А потом нас обманули с премиальными, «Ротор» разбежался, и после возвращения из сборной меня встречали в Москве «Динамо», ЦСКА и «Спартак». Я выбрал единственный клуб, который ничего не предлагал. Романцев сказал: «Заиграешь — получишь все. Не раньше».

— Что предлагал ЦСКА?

— Готовы были меня на мерседесе по Москве возить. В 1992 году.

— Почему отказали «Динамо»?

— Насторожило, что руководство клуба сразу сказало неправду: «Ты у нас будешь самым высокооплачиваемым игроком». И назвали сумму. Видимо, не догадывались, что я уже поговорил со знакомыми в «Динамо» (например, с Юрой Калитвинцевым), узнал, сколько они получают, и понял, что моя зарплата — и близко не самая высокая. Какое после этого доверие к руководству?


Игорь Ледяхов

— Во втором спартаковском сезоне вы были в шаге от финала Кубка Кубков на «Уэмбли». Что испытали, когда туда не попали?

— Неимоверный шок. Многие игроки плакали и в раздевалке, и в аэропорту. Судья полуфинала в Антверпене нас просто убил — я никогда больше не видел такого беспредела в еврокубках. В наши ворота придумали пенальти, да еще удалили не Иванова, который якобы фолил, а стоявшего в стороне Онопко, лидера обороны.

— В том же году «Спартак» играл в Лиге чемпионов с «Монако» в синей форме. Откуда она взялась?

— Мы привезли только красно-белый комплект, а у хозяев — те же цвета. Тогда «Монако» дал нам свою запасную форму, мы заклеили их герб и вышли на поле. Нас вынесли 1:4. Соперник-то сумасшедший: Пети, Джоркаефф, Тюрам, Клинсманн, тренер Венгер.

— Неделей ранее сборная уступила Греции, и четырнадцать игроков подписали письмо за смену Садырина на Бышовца. Вам тоже предлагали?

— Нет, меня тогда не вызвали в сборную. Началась подковерная борьба, в которую втянули футболистов… Считаю, Садырин — во всех отношениях порядочный человек.

— После двух поражений на ЧМ-1994 игроки сами определили состав на матч с Камеруном?

— Да-да, после двух туров некоторые футболисты начали выяснять отношения с тренером и руководством РФС — из-за состава и проблем с экипировкой. Ребята подошли к Садырину: «Ставьте спартаковцев». Он особо не спорил — шансов все равно оставалось мало. Выпустил нас сразу восьмерых (до этого я сидел на лавке). Впереди — Саленко с Корнеевым. Выиграли 6:1 и полетели домой.

— Какой перелет на том чемпионате особенно встревожил?

— В Детройт, на вторую игру. Это был кошмар. Попали в грозовой фронт. Смотришь в иллюминатор — а там все сверкает. Самолет болтало полчаса. Наш видеооператор все это снимал — хорошо, что не опубликовал. Потом командир вышел: «Ребят, извините». Я чуть не убил его.

— С двумя участниками ЧМ-94 — Радченко и Поповым — вы потом несколько раз встречали Новый год?

— Постоянно. Жили-то все на севере Испании. В полночь кушали виноград, соблюдая местные традиции. Русские тоже не забывали. Но не безобразничали: утром первого января всегда была тренировка, а второго часто — игра.

— В «Спортинге» часто менялись не только тренеры, но и президенты?

— Почти каждый год. Из-за финансовых проблем был бардак.

— Каждого президента выбирали болельщики?

— Нет, назначал хозяин клуба. Но преподносили так, будто это избирательная должность. Реальные выборы президента проходят в «Барсе», Бильбао и «Мадриде», хотя и там побеждает тот, у кого больше денег.

— Самый памятный матч с «Реалом»?

— Пару раз мы их обыграли 1:0, дома и в Мадриде. Помню, Черышев на сумасшедшей скорости обгонял Роберто Карлоса. Но больше запомнился матч, в котором я не участвовал. Весной 1995-го «Спортинг» не отпустил меня в сборную, потому что предстояла игра с «Реалом».

— Что пошло не так?

— В последний момент наш тренер Ремон, работавший потом с «Реалом», поменял тактику и упрятал меня в запас. Преподнес тактический сюрприз — выстроил всю команду в штрафной. Проиграли 0:4. А в сборной обиделись: ты и к нам не приехал, и с «Реалом» не вышел. За сборную я больше так и не сыграл, а с тренером Ремоном поругался.

— Вы могли попасть на Евро-1996?

— Да, мне звонил Романцев: «Давай приезжай»…

— Не поехали, потому что тем же летом ждали рождения дочери?

— Ну да, из-за этого.


Виктор Онопко и Игорь Ледяхов 

— Чем занимаются дочери?

— Старшая учится на факультете бизнес-туризма, а младшая заканчивает школу. Дома они говорят по-русски, но с акцентом — если не знают какое-то слово, вставляют испанское.

— Ваш сын занимался карате. Потому что родился в Японии?

— Наверно. Кстати, он и сейчас занимается. У него были проблемы со здоровьем — ему запретили контактные виды спорта, а тхэквандо разрешили. Сейчас со здоровьем порядок, и он находится в поисках себя. Кстати, вчера получил испанское гражданство.

— Что беспокоило в Японии?

— Ежедневные землетрясения. Первое, самое сильное, — в четыре утра, когда мы были на сороковом этаже гостиницы с маленьким ребенком в люльке. Отель шатался, мы хотели выбегать, глянули на улицу — а там никого. Никто даже не шевельнулся. Оказалось, гостиница — на каучуковых подушках и способна выдержать восьми- и девятибалльное землетрясение.

— В Йокогаме подсели на японскую еду?

— Ой да, с женой и тещей ели суши на завтрак, обед и ужин. Мне очень нравилось в Японии. Уехал туда из вылетавшего «Спортинга», забил пятнадцать мячей, выиграл Кубок страны, выходил в полузащите с вице-чемпионом мира Сезаром Сампайо и знаменитым португальцем Паулу Футре. На нашем домашнем стадионе через четыре года состоялся финал ЧМ-2002. Я хотел остаться, но Хихон не продлил аренду. «Возвращайся, ты нам нужен». Они шли предпоследними во второй лиге.

— В 2000-м могли вернуться в «Спартак»?

— Мне звонил начальник команды Валерий Жиляев. Я планировал вернуться, потому что устал от хихонского футбола без задач, Романцев был готов меня принять, но Червиченко сказал: «Нам старики не нужны». После этого «Спортинг» меня дожал: я подписал самый большой контракт в своей жизни. В тридцать один год.

— Как болельщики «Спортинга» реагировали на неудачи?

— После проигрышей выстраивались у стадиона, и мы не могли выйти по два-три часа. После поражений нельзя было прогуляться по Хихону. Не говоря уж о магазинах. Во-первых, перед людьми неудобно. Во-вторых, тебя могли встретить и, мягко говоря, выплеснуть недовольство.

— Кто вернул вас в Россию в 2007-м?

— Все тот же Рохус Шох, работавший тогда в «Ростове». Позвал начальником команды. Я учился в школе тренеров и заново осваивался в нашем футболе.

— Ожидали приглашения в «Спартак» уже летом 2008-го?

— Получилось неожиданно. Тренер дубля «Спартака» Ромащенко уехал в Томск, и меня позвал на его место технический директор Евгений Смоленцев. Мы шли на первом месте и всех обыгрывали — потому что из первой команды нам спускали много ребят: Дзюбу, Прудникова, Титова, Калиниченко. Последние двое попали ко мне из-за конфликта с Черчесовым, но работали очень профессионально и помогли нам.


Игорь Ледяхов 

— Вы сменили Черчесова после 1:4 в первом матче ЛЧ с киевским «Динамо». Надеялись отыграться в Киеве?

— По тому, как была готова команда, сложно было на что-то рассчитывать.

— Потом вы помогали Лаудрупу. Почему у него не получилось?

— Не понял русский менталитет. Переборщил с демократией — в тренировках и быту. К нам нужно относиться немного по-другому.

— С Карпиным стало меньше демократии?

— Стало больше порядка в быту. Мы правильно подошли к играм с конкурентами, но смазали концовку, когда Джанаев пропустил обидные мячи. Для него это был серьезный психологический удар. Но тогда и второе место было достойным результатом.

— Алекс в 2009-м был прекрасен.

— Это был его год. С трансфером угадали стопроцентно. Алекс вел за собой команду, забивал со штрафных. А на следующий год у него не получилось, потому что из-за семейных проблем он часто летал в Бразилию. Не мог сосредоточиться на футболе.

— Что мешало Кариоке?

— Он приехал пацаном с задатками, которые нужно было развивать. Требовалось терпение. Кариока через переводчика читал всю нашу прессу, а его очень сильно критиковали. Молодому игроку непросто выдержать такую обструкцию.


Веллитон Соарес Мораис, Унаи Эмери и Рафаэл Кариока

— Почему сник Веллитон?

— Парень с сумасшедшими данными. Дважды стал лучшим бомбардиром, но потом немножко расслабился, перестал соблюдать режим, и это его подкосило.

— «Спартак» упустил момент, когда его стоило продать?

— Может быть. Когда он был лучшим бомбардиром, за него, видимо, просили большие деньги. Платить их никто не хотел. Когда же он начал заниматься ерундой — хорошо, что его вообще продали хоть за сколько-то.

— Почему оставили «Спартак» в конце 2009-го?

— Из клуба позвонили и сообщили, что не продлевают контракт. После этого меня сразу же позвали главным тренером в «Шинник». Я ответил: «Конечно. Без вопросов».

Что омрачило работу в Ярославле?

— Большая проблема первой лиги — менеджмент. Многие руководители клубов очень далеки от спорта. Клубы бюджетные, и многие люди, приходящие туда работать, решают свои личные проблемы. «Шинник» я тренировал шесть месяцев, и за это время игроки ни разу не получили зарплату. Кошмар.

— Соглашаясь на Ярославль, не знали, что там ждет?

— Очень хотелось работать главным тренером. Думал, финансовые проблемы меня не коснутся. А потом попросил купить макароны для правильного обеда игроков и услышал: «Нет денег». На макароны!

— Победы были невозможны?

— Нужно было потерпеть. Мы неудачно провели стартовые выездные игры, и генеральный директор «Шинника» стал заходить в раздевалку. Рассказывал, что нужно делать. Навязывал замены. Для меня это неприемлемо. В «Спортинге» я впервые увидел президента на второй год — он зашел в раздевалку поздороваться.

— Почему помощником в «Шинник» взяли Илью Цымбаларя?

— Мы постоянно контактировали, я был в нем уверен, к тому же он обладал определенным тренерским опытом. После Ярославля в его жизни возник вакуум. Он продал московскую квартиру и вернулся в Одессу. Там тоже было сложно с работой. Мы общались с Илюшей до последних дней его жизни.

— После Ярославля вы снова воссоединились с Шохом.

— Немного поработал в Волгограде спортивным директором и вернулся в «Спартак».

— Позвал Карпин?

— Да. Он сказал, что был неправ.

— Ваш уход в конце 2009-го — его инициатива?

— В какой-то степени да. Зато, воссоединившись, мы снова стали вторыми.

— Когда «Спартак» договорился с Эмери?

— По ходу чемпионата-11/12. Потом мы заняли второе место. Думали, Карпин продолжит работу, но получилось иначе.

— Карпину это было не очень приятно?

— Видимо, да. Он вернулся на должность генерального директора.


Унаи Эмери и Валерий Карпин

— Эмери просил купить в «Спартак» игроков из чемпионата Испании?

— Да, но ему не дали их приобрести. То, чего он хотел, не сделали.

— Эмери тоже переборщил с демократией?

— Скажем так, пару раз он оступился, и его не стали терпеть. Началось выдавливание.

— Правда, что перед игрой РПЛ Эмери поругал игрока, забывшего паспорт, а потом сам забыл — перед вылетом на матч Лиги чемпионов?

— Было такое. Вылетали как раз сюда — в Барселону. Ждали в аэропорту, когда ему привезут паспорт. Клубу это могло выйти в копеечку. Когда самолет зафрахтован, а вылет задерживается, за стоянку и коридор нужно доплачивать. Но паспорт привезли быстро.

— Игроки нормально воспринимали его стиль футбола?

— Да, но после 0:5 от «Зенита» Эмери немножко растерялся. Многие российские футболисты, которых он не ставил, обозлились. Это пошло против него. Не все, скажем так, выкладывались на поле.

— Как проявлялась растерянность Эмери?

— Он полагал, что состав «Спартака» сильнее. «Зенит» показал: нет, есть составы покруче. После игры в Питере Унаи неделю был очень расстроенный.

— Об увольнении он узнал в раздевалке?

— Да, после 1:5 от «Динамо». Пришел один из тогдашних руководителей «Спартака» и объявил об отставке. Там не все было нормально.

— Эмери был в шоке?

— Конечно. Его шокировало отношение, которое команда показала на поле против «Динамо». Там все шло к тому, что его уберут.

— Сами игроки не хотели видеть его тренером?

— Судя по игре и по счету, было видно, что да.

— Каррера тепло простился с большинством игроков «Спартака». Как уходил Эмери?

— Никакого теплого прощания не было, потому что в раздевалке отношения были полностью разорваны.

— И ваши с ним — тоже?

— Нет, мы сохранили хорошие отношения. Перезванивались. Поздравляли друг друга с Новым годом.

— Потом вы несколько лет помогали Рахимову в «Тереке». Интересный опыт?

— Приняли команду в удручающем состоянии — на предпоследнем месте. Но вылезли. В работе с футболистами проблем не возникло. «Терек» — не «Спартак», а Грозный — не Москва. Сама жизнь в Чечне немного дисциплинирует игроков. В Грозном сейчас созданы все условия для пребывания команды: играй, тренируйся и не отвлекайся от футбола.

— Как отнеслись к слухам о матче с «Уралом», который считали подозрительным?

— Тогда многие думали, что игра будет договорной, но никто никому ничего не был должен. Так сложились обстоятельства: вратарь ошибся, они не забили пенальти. Договорной матч там не играли.

— В Грозный вы вернулись после увольнения Кононова?

— Да, позвали помощником Михаила Галактионова. Мы начали неудачно, Миша ушел, оставалось шесть игр, и мы находились в зоне вылета. Меня сделали главным. Три победы, три ничьи — и чуть за еврокубки не зацепились.

— Что вы изменили?

— Стабилизировал состав, подкорректировал тренировки. «Спартак» был в идеальной форме, бился за первое место, но мы обыграли их, не оставив шансов. Наши ребята выполнили установку от первой до последней минуты. Под «Спартак» мы чуть изменили схему, и никто ни разу не ошибся. Приятно было смотреть.

— Ваше впечатление от работы с Антоном Швецом?

— Он заиграл при Кононове, который взял его из Испании. Им заинтересовались достойные клубы, но на переговорах не пришли к общему знаменателю. Это отвлекало его, и произошел небольшой спад. Потом он преодолел его и принес «Ахмату» много пользы. Он правильно сделал, что остался в Грозном — ему требовалась игровая практика. Не сомневаюсь, что Антон будет играть в топ-клубе.

— В сентябре Швец сказал, что его удивил ваш уход после победы над «Уфой».

— Мне пришлось уйти. Это не связано с результатами. Другие нюансы.

— Кто-то вмешался в вашу работу?

— Нет-нет-нет, руководство «Ахмата» работает сверхпрофессионально. Президент Магомед Даудов полностью занимается клубом, живет футболом, но никогда не вмешивается в тренерские дела. В этом плане нужно отдать ему должное. Очень достойный руководитель. «Ахмат» живет по средствам, без баснословных зарплат.

— Не поторопились вы в «Балтику»?

— Жалею, что не изучил лучше ситуацию, в которой находился клуб. Я просто хотел дальше работать и через неделю после ухода из «Ахмата» согласился переехать в Калининград.

— Вы не знали про финансовые проблемы «Балтики»?

— Когда ехал — нет. На месте увидел, что проблемы очень большие. Игрокам долго не платили, в раздевалке отключили свет и горячую воду. В таких спартанских условиях мы немного выправили критическую турнирную ситуацию. Генеральный и спортивный директоры собрали хорошую команду, но она подошла к сезону в плохом физическом состоянии. Отсюда — много травм. За два месяца я ни разу не выставил оптимальный состав.

— Когда вы сидели без света и воды, руководство что-то обещало?

— Постоянно что-то обещало. А что оставалось? Но обещаниями-то сыт не будешь. Игроки были в удрученном состоянии. Все жили в съемных квартирах, тратили свои накопления, а они же не бесконечны. Конечно, мы играем не ради денег, но как объяснишь семье, что ты любишь футбол, а дома кушать нечего?

— После матча с «Тамбовом» вы сказали: «Полный беспредел. Мне стыдно за российский футбол». Что имели в виду?

— Стадион не подходит для проведения нормальных матчей. Камеры нельзя поставить там, где они должны быть. Чтобы потом что-то доказать, нужно показать игровые эпизоды, а это невозможно.

— Судья убивал?

— Работал необъективно. На пресс-конференции я ни слова не сказал про судейство, но люди, находившиеся на стадионе, сами все прекрасно поняли.

— Как покидали «Балтику»?

— После заключительного тура прошлого года обговорил с председателем совета директоров привлечение тренера по физподготовке и корректировку зарплат. Уехал в отпуск. Прочел новость о смене генерального директора, но со мной никто не вышел на связь. Я позвонил председателю совета директоров: «Что происходит?» — «Ой, новый гендиректор с тобой свяжется. Даю ему твой телефон». — «Наши договоренности в силе?» — «Да-да, не беспокойся».

— Что дальше?

— На следующий день мне пришла смска: «Клуб расторгает с вами контракт». Представляешь? Я обалдел. Весь тренерский штаб обратился в Палату по разрешению споров. Наше увольнение признали незаконным и обязали «Балтику» заплатить неустойку.

— В регионах много где такое?

— Полнейший беспредел — особенно в первой лиге. Что хотят, то и творят. Со стороны руководства — никаких законных действий. Я балдею от руководителей регионов: что вы делаете с бюджетными деньгами? В «Балтике» долгов — на двести миллионов. А новый гендиректор, бывший агент, всех выгоняет и заводит новых людей.

— С какими еще проблемами столкнулись в первой лиге?

— Поездки — ужас. Выезжаешь в шесть утра, а в тот город, где играешь, попадаешь в девять вечера. Например, добирались мы из Калининграда в Армавир. Прилетели на самолете в Москву, два часа сидели в аэропорту, два часа летели в Минводы, а оттуда на автобусе по сумасшедшей дороге — в Армавир. Перед матчем футболист должен правильно питаться и отдыхать, а он целый день сидит в полусогнутом состоянии.

— Чем занимаетесь после разрыва с «Балтикой»?

— Хожу на тренировки «Барселоны». Стажируюсь в «Эспаньоле». Знаю там всех тренеров, играю с ними в футбол. Для саморазвития общаюсь со спортивным директором Франсиско Руфете.

В «Эспаньоле» всегда любили русских — Корнеев, Галямин, Кузнецов и Мох приехали сюда в самом начале девяностых. Кстати, Мох успел потренировать меня в «Спортинге» — был помощником Педро Браохоса. Но тренерская работа его не увлекла, и он занялся бизнесом — сейчас живет в Австрии.

— Знаете брата Леонида Федуна Андрея?

— Конечно. Директор спартаковского стадиона.

— Фрагмент из его интервью Вячеславу Короткину: «Ваш самый любимый игрок в истории «Спартака»? — «Ледяхов». — «Почему не Нетто, Симонян, Дасаев, Черенков, Гаврилов, Титов, Аленичев?» — «Перечисленные вами игроки создавали красоту на поле. А у Ледяхова был какой-то зверский напор. Бесшабашный и удачливый футболист».

— Серьезно? Не читал. Приятно.


Источник: matchtv.ru






оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи!

число комментариев:  13

Возврат к списку


0 / 0
fab
Он мне чего-то Кокошеньку напоминает. Причем уже не только внешне))
0 / 0
fab
ProSPAM, ничего зазорного нет в том, что Ледяхов не был главной звездой  Спартака . И даже системообразующим игроком. Это нормально, все звездами быть не могут. Но послушать его - так у игроков Реала и Барселоны происходила внезапная групповая диарейная дефекация, как только они узревали Ледяхова в составе соперников. А если по какой-либо причине (как правило - тупости своего тренера) Игорь покидал поле - тут же его команда сыпалась, потерявши всю свою силу.
0 / 0
ProSPAM
Много интересного рассказал Ледяхов.
Ну не был он главной звездой  Спартака , ну и что с того?
0 / 0
СВИНец
..Ледяхов, один из тех, кто был на поле с футбольными мозгами, как и многие в его время, но только  в футбольном плане, а не в бытовом... а сейчас "мозги" преобладают в бытовом, а в футбольном не хватает.. -devil-
0 / 0
Mr.Fish-ka
Ну, Ледяхов и Ледяхов. Типа Зе Луиша сейчас.
fab, нееееее, скорей Зобнин
0 / 0
СВИНец
.ну то, что твориться в нашем футбольном хозяйстве это понятно...  что творилось в нашей команде.. подтверждает то, что и до сего дня твориться бардак.. имхо
0 / 0
repeeyok
— Эмери просил купить в «Спартак» игроков из чемпионата Испании?
— Да, но ему не дали их приобрести. То, чего он хотел, не сделали.
— Эмери тоже переборщил с демократией?
— Скажем так, пару раз он оступился, и его не стали терпеть. Началось выдавливание.

П.с. Остаётся только сожалеть, что у нас в составе нет таких футболистов как Ледяхов. Был Алекс. Игрок сопоставимого с ним уровня. Ещё две три фамилии можно вспомнить за последние десять лет. И на этом всё.. А ведь в том  Спартаке  Ледяхов даже не был лучшим игроком. Мы Алекса считаем одним из лучших игроков Федунских времён, а у Романцева таких воспитанников типа Алекса в одной команде человек пять было одновременно.
0 / 0
федя10
Ледяхов может и круто играл в испании но спортинг постоянно все просирал, а ледя футболер был медленный,и на фото черныш не с немцами ,а скорее всего со скотами на че92 валяется. Хероватый одним словом матч тв источник
0 / 0
fab
В общем, я так понял, Ледяхов считает себя главной звездой российского футбола. По крайней мере - 90-х годов. Странно. Лично я никогда не относился к нему, как к самому сильному игроку  Спартака . Ну, Ледяхов и Ледяхов. Типа Зе Луиша сейчас. Иногда изобразить может, но в целом - не знаешь, чего от него ждать.


Хоккейный клуб "Спартак"
Отчеты о выездах
Фото дубля
Друзья
Партнеры
Случайное фото
lev-spartak_005.JPG
Следующая игра
26 мая 2019
Оренбург Спартак Москва
Газовик
начало матча в 14:00
13 апреля 2019
ска-хабаровск Спартак Москва
Хабаровск
начало матча в 10:00
13 апреля 2019
ФК "Ростов" (мол.) Спартак Москва
стадион "Олимп 2"
начало матча в 14:00
август 2019
Спартак Москва
Парк Легенд
начало матча в --:--
август 2019
Спартак Москва
"Спартак" Москва
начало матча в --:--
8 июня 2019
Россия Сан-Марино
Саранск, "Мордовия Арена"
начало матча в 19:00
Виджет для яндекса
Наши кнопочки

или:

Спартак - фото, видео и отчеты с выездов - RedWhite.Ru