Дело было так: Роман Широков не забил пенальти, черногорцы выбили мяч в аут, мяч собирался выбрасывать Дмитрий Комбаров, но тут в него полетели всякие предметы с трибуны. После этого матч был остановлен. Матч, который сам Дмитрий называет… Впрочем, читайте его интервью и узнаете.

«НЕ ДУМАЮ, ЧТО В МЕНЯ КИНУЛИ НОЖ»

- Дмитрий – это самый экстремальный матч в вашей карьере?

- Думаю, да. Первый раз в жизни у меня было такое – чтобы травмировали футболиста брошенным с трибуны файером, а игра потом, несмотря на это безобразие, продолжилась. Были, конечно, раньше моменты, что с поля уводили команды. Но до такого еще не доходило.

- Что бросили в вас? Зажигалку? Нож? Версия про холодное оружие тоже была.

- Почувствовал, что в меня что-то попало. Небольшой удар. Повернулся – и первым делом увидел монету. Может, и зажигалки бросали. Но не думаю, что нож. По крайней мере, ножа не видел. Монета точно была.

- Когда в Игоря Акинфеева бросили файер, судья отправил команды в раздевалки, где вы провели полчаса. Что делали все это время?

- Сидели и ждали, что нам объявят – будет продолжение матча или нет. Но никто не расслабился, потому что нам изначально было сказано, что, скорее всего, игра продолжится.

- Удивились?

- В таких ситуациях надо сразу заканчивать матч и наказывать сторону-организатор. Не знаю, связано ли то, что матч, вопреки всему, был продолжен, с какими-то политическими моментами. Но прецеденты ведь были, когда сербы играли с итальянцами, например. Прекращали игру сразу, никаких поблажек. Но не в этот раз. Это меня немного удивило. Сразу подумал о каком-то политическом моменте.

- Вас сбила эта ситуация с панталыку?

- Не сбила. Мы только вышли на поле. 20 секунд матча прошло. Так что выходили второй раз, как на начало матча.

«УВИДЕЛ ЧЕРНОЕ ПЯТНО НА ШЕЕ»

- Лодыгин, прежде чем войти в штрафную, крестился. А вы чувствовали себя не в своей тарелке после того, что произошло? Могло ведь тоже что-то прилететь.

- Нет, не думали, что все может произойти вновь. А то, что Юра крестился… У каждого футболиста, выходящего на поле, есть свои моменты. Не думаю, что он крестился, чтобы не прилетел файер. Просто так у него заведено.

- Когда в вас бросили монету, вы сигнализировали об этом судье, следом налетели игроки сборной Черногории…

- Естественно им не понравилась моя реакция, так как я обратил внимание, что в меня прилетело что-то. Но это их проблемы. Пусть сами там разбираются.

- Хотели ответить на поле?

- Конечно, хотел. Но прекрасно понимал, что не нужно этого делать, провоцировать еще больше. В этой ситуации и так все понятно. Дерись или не дерись, словами что-то доказывай, в перепалку вступай – никому это не нужно. Все равно никто ничего не понял бы. Поэтому спокойно ушли с поля.

- Какой была игра в эти почти 70 минут?

- В начале черногорцы закрылись. Но при этом нам удавалось создавать хорошие моменты. Два пенальти не поставили в их ворота в первом тайме. Выход один на один затем был. Много стандартов и угловых. Мы хорошо играли. В оставшееся время, если бы матч не остановили, должны были их дожать.

- Есть мнение, что наоборот после пенальти хозяева перехватили бы инициативу – и тут уже сборной России пришлось несладко.

- Все что ни делается – к лучшему. А так, скорее всего, будет 3:0 в нашу пользу.

- Вы видели Игоря в первый момент, когда подбежали к нему после попадания файера…

- Да, одним из первых подбежал. Ближе всех находился. Игорь лежал, как мне показалось, без сознания.

- Что вы увидели?

- Первым делом – огромное черное пятно на шее Игоря. Даже спросил у наших докторов, которые выбежали на поле, дышит ли он? Потому что немного испугался за Игоря.

«ОПАСЕНИЙ ЗА РЕШЕНИЕ НЕТ»

- Какие у вас впечатления от игры с Казахстаном, в котором вы участия не принимали? От молодежи, которую проверил Фабио Капелло?

- Впечатления хорошие. Дали шанс молодым, было пять или шесть дебютантов…Понятное дело, большинство ребят вышли первый раз, хотели себя показать. Из-за этого возникал сумбур. Но, наверное, это нормально – хотели проявить себя и не всегда это шло на пользу команде. Ничего страшного. Это первый опыт.

- Нет ощущения, что все получилось скомканным? Недоигранный матч в Подгорице, экспериментальный состав с Казахстаном…

- Нет ощущения скомканности. Хорошо провели сбор, отлично потренировались. С Черногорией, думаю, нам зачтут 3:0. Так что на данном этапе задача выполнена. А что касается молодых, когда их обкатывать, если не в таких матчах?

- В «Спартаке», куда вы вернулись, черногорскую тему обсуждали?

- Многие спрашивают, что же все-таки в меня прилетело. Это самый главный вопрос. Конечно, всем интересно, что произошло. Но целые дни обсуждению этой темы не посвящали.

- Решение по матчу с Черногорией УЕФА должен вынести 8 апреля. Вы говорили про политические моменты. Нет опасений, что техническую победу не присудят?

- Здесь, по-моему, все очевидно. Опасений нет. Если б случился спорный момент, можно было чего-то опасаться. Тут, повторюсь, все очевидно.

«НЕ ПОВЕРИЛ, ЧТО ОГРАБИЛИ СТАРЕЙШИНУ»

- Вернемся в клуб. «Спартаку» в субботу играть с «Кубанью». Можно сказать, что это неудобный для вас соперник?

- На «Спартак» все настраиваются, как на последний бой. Ничего страшного, играем дома, трибуны нам помогут.

- Кстати, трибуны, то есть болельщики, игроки и клуб помогли старейшему болельщику «Спартака» 102-летнему Отто Фишеру, которого ограбили по возвращении из Москвы после игры с «Динамо». Какой была ваша реакция?

- Сначала не поверил, когда этот старейшина, можно так сказать, появился на матче. Внезапно выяснилось, что у нас есть такой болельщик. И чуть ли не на следующий день после матча в Москве его грабят… Когда все подтвердилось, пообщались внутри команды, решили помочь и собрали сумму.

- Это лучшее, что можно было сделать.

- Прискорбно, что такие вещи происходят – обворовывают ветеранов. Смотрю передачи по ТВ об этом. Очень обидно за этих людей.

- Есть известия про машину, которую угнали у вашего брата Кирилла?

- Никаких.

- Шансов найти нет?

- Столько времени уже прошло... Если б кто то хотел «навариться», в первые две недели вышли бы на нас, мол за определенную сумму готовы решить вопрос. Но надежды сейчас уже нет.

Источник: "Советский спорт"