Одна из глав книги Егора Титова посвящена разнице стиля Олега Романцева и тренеров, которые пришли ему на смену.

Издательство «ЭКСМО» выпустило в свет книгу легенды «Спартака» - Егора Титова. Sovsport.ru представляет одну из глав автобиографии.

У Романцева квадрат был вообще важнее всего на свете. Когда у нас по осени матчи шли через два дня на третий и сил уже не оставалось, Иваныч давал нам только разминку и это упражнение. Квадрат – это ведь, помимо всего прочего, и объединяющий фактор в команде, поэтому о нем необходимо говорить обстоятельно.

Разминочный квадрат 6 х 2 мы использовали до начала занятий. Его специфика – покатить мяч между ног водящего. По неопытности люди, когда попадают внутрь, хотят побыстрее отнять мяч. Ноги расставляют широко. Им «между» накидают авоську – народ в экстазе! Смех на всю Тарасовку. И вот что интересно: если человеку пару раз «между» просунуть, то он вроде уже и поближе к коллективу. Мы смеемся. Он улыбается. Эти улыбки и роднят. Помню, когда Робсон только появился, мы ему тут же раз семь мяч в «очко» закатили. Он потом бегал «со связанными» ногами. Мы просто умирали от хохота и Робу сразу признали. Он стал своим. Ни один праздник без него не обходился.

Правда, однажды «погоня за прекрасным» привела к очень щекотливой ситуации. По-моему, в 1999 году в Ростове за день до матча Иваныч решил с нами порезвиться и попал в круг. Так я возьми и покати ему мяч между ног. Иваныч только развернулся, Цыля ему в оборотку в «очко» прокинул. Всем хотелось хохотать, настолько все забавно получилось, но позволить себе это в открытую никто не посмел, вот и давились смехом. Но Иваныча все равно это задело. Он побагровел на глазах, дал свисток: «Тренировка закончена!» – и ушел в корпус. Нам всем было очень неприятно, что так получилось, но все равно даже на следующий день при виде Иваныча каждому из нас приходилось прикладывать неимоверные усилия, чтобы сдержать смех.

Зато когда начиналась серьезная работа, шутки заканчивались, и тогда для новичка уже ничего страшнее квадрата не существовало – мозги кипели от перенапряжения.

Тот, кто со своими мозгами не справлялся и постоянно оказывался водящим, очень быстро Романцева разочаровывал, и главный тренер на этом человеке фактически ставил крест.

«Спартак» всегда был силен своей дедовщиной – мудрой, грамотной, необходимой для больших побед. Романцеву лишний раз и голову не надо было забивать вопросом формирования микроклимата в коллективе, ведь был костяк, который держал все под контролем. Все новички и молодые, приходя в «Спартак», тут же осознавали, куда они попали, и безоговорочно принимали законы «красно-белых». Атмосфера была такой, что не принять эти законы просто было нереально.

Первый тревожный звоночек, заставивший задуматься о том, что наш футбол может дать трещину, я услышал в день выставления на трансфер Тихонова. И уже за год до отставки Романцева ощутил, что мы теряем свой непередаваемый стиль. А когда клуб покинул Иваныч, надежда на лучшее пропала. Подъехали «суперфутболисты» из дубля «Шинника», «высококлассный» хорват. Даже просматривали нападающего, который до этого играл в любительской лиге то ли Албании, то ли Ливии. Я когда услышал, просто обалдел: откуда вы их берете?! Две недели это «тайное оружие» тренировалось с нами. Удивительно, что с ним так и не подписали контракт!

При Чернышове вообще стало все иначе. Он строил другой футбол, со спартаковским ничего общего не имеющий. К тому же Алексеич был сторонником зонного метода, и на тренировках мы в основном эту зону и отрабатывали. Вот тогда команда и стала «пустышкой».

Скала был приличным дядькой и сильным специалистом, но что он мог знать о «красно-белых» «кружевах»? Квадрат у Скалы меня убивал. 18 х 2. Ни мысли, ни динамики. Уснуть можно. Я этого не понимал.

Старков и вовсе квадрат запретил: ребята, вы рискуете сломаться! Забываться все это стало. Когда кто-то говорит, что Старков на первых порах вроде бы порывался воскресить спартаковский футбол, я скептически улыбаюсь. В моей памяти отложилось только то, как Петрович психовал из-за этого: кто вам сказал, что есть спартаковский футбол? Напридумывали себе! Старкова такие вопросы задевали. Человек, который через это не прошел, никогда никакой спартаковский футбол команде не поставит. Это утопия!

При Александре Петровиче еще очень сильно пострадала наша психология. Мы стали думать: самое главное – сзади сыграть на ноль. А там уж как-нибудь забьем. И отголоски той ущербности сказывались вплоть до окончания 2006‑го. Иногда возникало ощущение, что, забив мяч, мы больше не сможем этого сделать, поэтому сосредоточивались на обороне. А защищаться толком не умели, начинали нервничать.

С 2003 года спартаковский футбол оказался в подполье. С уходом Романцева ушла система. Если в последующие три года что-то спартаковское и проскальзывало в игре, это носило стихийный характер – традиции периодически прорывались наружу. Больше комбинационному футболу было неоткуда взяться, у того же Старкова любимое упражнение было – подача с фланга. Подали – замкнули. Да стандарты отрабатывали.

Тем не менее верю, что когда-нибудь настоящие «кружева», те, которые дарят массу эмоций, вернутся. Чтобы полноценно поставить спартаковский футбол, у руля должен быть спартаковец, долгие годы играющий у Романцева. И чтобы два помощника у него были тоже свои в доску, съевшие на фирменных спартаковских приемах не одну собаку. Чтобы они являлись единомышленниками. И очень важно, чтобы игроков подбирали соответствующих. Думаю, спартаковский футбол вернется, когда к руководству командой придет уже наше поколение – поколение Тихонова-Цымбаларя. Нам ничего и записывать не надо – все в голове. Вбито и выдержано временем.