Нападающий «Урала» Роман Павлюченко рассказывает «Матч ТВ» неизвестные истории о тех, с кем работал. 7 тренеров: от Романцева до Адвоката.


Собрание или установку на финал Кубка с «Ростсельмашем» не помню. Но то, что происходило между президентом и тренером – это война. Она влияла на результат и состояние Романцева. Как именно? Этот вопрос лучше задать Егору Титову, который всю жизнь с ним работал. Мне трудно сказать, я тогда только пришел в команду. 

Практически вся игра в «Спартаке» строилась через Титова. Он - не скоростной футболист, а работяга. Помню, как Романцев объяснял защитникам, что они не имеют права делать длинную передачу, чтобы мяч пролетел через Егора. Они должны отдать ему, а он уже делал погоду впереди. Титов очень много двигался с мячом и много отдал голевых передач. Я сам с них забивал. Он умный футболист и потрясающий человек.

Весной 2006-го, когда Старков был главным тренером, шли неудачные игры. Были разговоры: если плохо сыграем с «Локомотивом», произойдут перемены в тренерском штабе. 

Старков меня вызвал перед игрой и попросил: «Ром, ты можешь на 40% сыграть за команду и на 60% за меня? Сейчас сложный момент. Если мы не выиграем, меня уберут». Я ответил: «Хорошо, сделаю что смогу. Выйду и постараюсь забить».

Начало игры, а я в свои как дал! До сих пор не понимаю, как так получилось. Смотрю на Старкова – он злой, не понимает, что происходит. Подумал: «Ну, на 60 процентов сыграл за тренера». Но мы выиграли, слава богу. Там Быстров и Титов забили.

Старков любил опытных футболистов и старался меньше доверять молодым. Он всегда говорил: «Плохо, когда играет много молодежи. Надо наоборот, чтобы играли опытные футболисты». Из-за этого у меня тоже были проблемы. Не сказал бы, что провел при нем какой-то хороший отрезок. И конфликты были.

О чем подумал, когда прочитал интервью Аленичева? Не могу сказать это на камеру. Я видел, что произошло между Аленичевым и Старковым. В том моменте, конечно, Старков был не прав. Хотя он главный тренер и мог что угодно сделать. Но он был не прав. Аленичев ему это высказал, произошел конфликт.

Каждый день с Федотовым – это счастье. Он очень сильно меня любил и ценил. Я тоже к нему хорошо относился. Федотов доверял молодым. Было видно, что молодежь его уважает. Они выходили и приносили пользу. Прибавляли на глазах, чувствовали доверие тренера и уверенно шагали вперед. На контрасте с работой Старкова это было особенно заметно. В итоге молодые давали результат. С тем же «Зенитом» в кубковых матчах.


Помню, как играл гимн Лиги чемпионов на телефоне Федотова. Была еще одна милая привычка: перед игрой он мог подойти и сильно треснуть мне по голове или по щеке. Я поворачивался и спрашивал: «Ну за что вы меня, еще даже игра не началась? Ладно бы после матча, если плохо сыграл, но сейчас-то за что?» Федотов отвечал: «Это специально, чтобы ты был злой». Он все время так делал, и я никогда на это не обижался.

Узнал, что его не стало, когда был в Лондоне. Сразу прилетел в Москву на прощание, просто не мог не приехать. Было очень грустно, это большая утрата для «Спартака», вообще для всех нас.

Я очень хорошо знаю Черчесова, даже забивал ему на тренировках. Играли как-то двустороннюю игру. Плетикоса или Ковалевски получил травму, нужен был вратарь. Тренером вратарей был Стауче, ему и пришлось сыграть. Так получилось, что мы никак не могли забить – он все отбивал. Были в шоке: в таком возрасте, а выглядит – просто шедевр какой-то. В итоге проиграли двусторонку. 

Круг, стретчинг. Саламыч подходит: «Ребят, – показывает на Стауче. – Хороший вратарь?» Мы: «Сегодня просто Лев Яшин». Черчесов такой: «А он подо мной сидел. Какой я был?!» Он постоянно рассказывал такие байки.

Хиддинк понимал, что тренирует не Испанию или Италию. У нас не было ни Месси, ни Роналду. Были хорошие ребята, бойцы. Нужно только хорошо подготовиться физически. 

Перед Евро-2008 месяц ушел на подготовку. Каждый день очень тяжелые двухразовые тренировки. Первые две недели – возвращались с тренировки и спали. Больше ничего не делали. Затем я почувствовал, как мне стало легко. Гус умел правильно подготовить команду.

В матче со Швецией решалось, выйдем ли мы из группы. Перед игрой Гус дал обычную установку. Сами понимали: или идем дальше, или собираем вещи. Гус никогда много не говорил. Просто пожелал удачи. Единственное, что он все время повторял: «Вы можете! Выйдите и докажите это!»

В Мариборе была ужасная игра, после которой наступил ужасный период. Болельщики снова стали называть нас «плохими футболистами». Даже не хочется об этом говорить. Мы летели назад и понимали, что Гус собрался уйти из сборной. Всей командой в самолете подходили к нему и просили, чтобы он не уходил и остался хотя бы на один цикл. Но там не все от него зависело. Менялось руководство, пришел новый президент. Мы понимали, что будут перемены. Так и произошло.

Я с ним очень много разговаривал, часто спрашивал о перспективах. Были моменты, когда я выходил, забивал, а на следующую игру меня не ставили. Или две игры забью, третью – нет, и меня сажают в запас. Приходил к нему, спрашивал: «Почему я не играю? Я не хуже других». Он говорил: «Ты будешь играть, только если реально в каждом матче будешь забивать». Я понимал, что это нереально.


Его тоже можно понять. Он привел с собой футболистов, с которыми прошел длинный путь. Крауч, Дефо, он доверял им. Меня приглашал один тренер, причем первым нападающим, а я оказался у другого четвертым, а потом даже пятым. Но все равно тренировался, играл, забивал. Зачем сейчас жаловаться? У всех футболистов бывают такие периоды. Не всегда все хорошо.

Самый крутой вратарь, которому я забивал – Касильяс. Забил ему на чемпионате Европы головой, пусть мы и проиграли. Ну и Чех, конечно, получал от меня и в «Челси», и в сборной. В сборной – на Евро-2012 при Адвокате. Вышел на замену, прошел по левому флангу, обыграл одного защитника, второго. Как Месси прошел и с правой просто расстрелял его. Шансов не было, мощный удар.


Было дико от того, что после Евро-2012 Адвокат не попрощался с командой. Он не должен был так поступать. Все-таки мы вместе радовались победам, вместе плакали после поражений. Тренер должен был собрать команду и попрощаться. Я видел, как он молча собрал вещи и тихо уехал из гостиницы. И все: ни ответа, ни привета. Так делать нельзя. Он чувствовал свою вину? Да какая разница – выиграли или проиграли. Чтобы ни происходило, нужно оставаться человеком. Это жизнь, вдруг он в дальнейшем опять станет тренером сборной России. Кто знает.

Стоило хотя бы пожать ребятам руки и сказать: «Спасибо за работу».




Источник: «Матч ТВ»
Материал добавил: Белогор

оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи!