– Когда Роман пришел к вам?
– В 2000 году, ему шесть лет было. У меня его брат Саша занимался, он на четыре года старше. Думаю, у Ромы была только одна дорога – к нам. Он ведь из спортивной семьи: мама волейболистка, отец любит футбол.

Мама Рому и привела, говорит: «Возьмите, парень бредит футболом». Взял, хотя у меня младшей группы даже не было. Определили Ромку к 8-летним ребятам. Так он постоянно и играл со старшими до самого отъезда в Тольятти, в Академию Коноплева. Допустим, везут тренеры из нашей школы команду 12-летних на турнир в Барнаул или Ижевск, просят: «Дай нам Ромку». Я только «за» был, хотя он на два года моложе. Со старшими полезно играть – растешь быстрее.

На первенство России взял Рому в команду, где ребята были на три года старше. Конечно, на весь матч не выпускал, но давал выйти на 20-25 минут, чтобы пообтерся. Я его даже в Ижевск отпускал, местные тренеры звонили, просили Ромку на усиление. Там была хорошая команда 1994 года рождения, как раз его год. А у нас нормальной команды его возраста не было. Рома на турнирах по своему возрасту все призы брал. Среди сверстников сильно выделялся, во всей Сибири его знали.

– В каком возрасте можно понять, что у мальчишки есть будущее в футболе?
– В 6 лет точно не скажешь, но по физическим характеристикам можно определить, стоит ли ему заниматься. С этим у Ромы все было в порядке – скорость, резкость. У нас был быстрый мальчишка на год старше, но Рома его обгонял. А когда Роме десять исполнилось, все мне было ясно. Я тогда сказал, что он будет играть в сборной. Настолько опережал своих сверстников. После него у меня таких талантливых ребят больше не было.

– На основании чего в 10 лет можно такие выводы делать?
– Как он игру читал! Светлая голова, считал на три шага вперед. Я смотрел на него и понимал, что он думает, как я. Я ведь профессиональный футболист, много поиграл. В юношеской сборной СССР вместе с Газзаевым был. Потом в Ростове оказался, но, увы, травму серьезную получил. В «Кузбасс» отправился, там мы с Виталием Александровичем Раздаевым вместе впереди играли.

Рома упертый, футбол любил беззаветно. В Иркутске ведь морозы за 30 градусов бывают. Мама при любой погоде привозила Ромку на тренировки. Бывало, приедет он и еще один мальчишка, так вдвоем и тренировались. Ну и, конечно, роль мамы велика, она всячески поддерживала Рому, делала все, чтобы он занимался.

– На какую позицию Зобнина определили?
– В нападение, это его. А потом в Тольятти и в Москве Рому немного поприжали – оттянули назад. Помню, в 2011 году в Москве видел матч юношеской сборной, ее тогда Вадим Никонов тренировал. Смотрю, Рома не на своей позиции играет – крайнего полузащитника. Я бы его никогда туда не поставил. После матча Рому подождал, спрашиваю: «Чего ты в два касания играешь? Почему на себя не берешь?». «Так тренеры требуют», – отвечает. Ограничили там Рому, все ради результата. Я его вперед ставил, у меня он игру на себя брал, все решал. У Ромы потенциал больше того уровня, который он сейчас показывает.

– Брат Ромы Саша тоже подавал надежды?
– Только на определенном уровне. Хотя его тоже приметили и пригласили в Тольятти. Но характером и талантом Саша Ромке, конечно, уступал, таких качеств, как у младшего брата, у него не было.

– Роман производит впечатление дисциплинированного человека.
– Так и есть. Он очень целеустремленный, если поставил цель, то долбит и долбит в одну точку.

– Кто решил, что Зобнину надо ехать в Академию Коноплева?
– Это было очевидно. Ему нужно было расти, а в Иркутске какие условия? У нас даже нормальной команды не было 94-го года рождения. Разве нам с Тольятти сравниться? Они даже своей командой в первенстве Москвы играли, за границу на турниры летали.

– В Тольятти вашего воспитанника агенты увезли?
– Не было никаких агентов. Рому заметили на одном из турниров, пригласили в Туапсе – там команды из Тольятти сбор проводили. Мама с ним приехала, а я как раз с дочкой в Сочи отдыхал. Подъехал, посмотрел на группу, познакомился с тренером. Ребята из его группы Рому приняли. Тогда ему было 11 лет. А через полгода что-то там произошло, то ли конфликт какой-то, то ли еще что. В общем, Рома вернулся в Иркутск, тренировался у меня несколько месяцев, но затем мама в Тольятти съездила, все урегулировала, и Рома вернулся в академию.

– Зобнин получил травму, а «Спартак» в сезоне-2016/17 без него стал чемпионом. Обидно?
– Обидно, сильно за него переживал. У самого была тяжелая травма. Но хорошо, что Рома быстро восстановился.

– Согласны, что после травмы он пока не вышел на свой прежний уровень?
– Он и сам об этом говорит. До чемпионата мира есть время, сейчас на сборах их подтянут. Но заметил, что в последних матчах он больше стал на себя игру брать. Это радует.

– Какое место нашли бы Зобнину в составе сборной?
– Я бы его в нападение поставил, там его место.

– Будем реалистами. Представьте себя в роли Черчесова.
– Ну, если на месте Черчесова... Я бы их с Головиным в центральную зону определил. Головина вперед бы выдвинул, а Рому немного назад.

– То есть, на позицию опорника, на место не приглашенного Игоря Денисова?
– Слишком много разговоров по поводу Денисова. Считаю, что Рома сильнее. Он моложе, активнее и способен больший объем работы выполнить.

– Давно общались с Зобниным последний раз?

– Как тогда в 2011-м в Москве поговорили, больше не виделись. Когда Рома в Москву перебрался, так и родители туда за ним переехали. После этого связь оборвалась.

Отец у него летчик гражданской авиации. В Иркутске летал, сейчас в Москве летает. Брат Саша тоже летное училище закончил, пошел по стопам отца. Тут недавно Ещенко приезжал, свой турнир проводил в Иркутске. А Рома уже с Иркутском связь потерял, считает себя тольяттинским воспитанником, там турниры проводит.

– Владимир Гранат ведь тоже из Иркутска. Он у вас занимался?
– Конечно, и не только Володя, но еще и Федор Кудряшов. Если добавить Рому и Андрея Ещенко, половина нынешней сборной получается, – смеется Сергей Фридрихович.

• Источник: «СС»
• Материал добавил: Ш@ХТЁР

оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи!