- Александр, вызов в сборную в 33 года – это великое везение или закономерное следствие той работы, которую вы делали в сезоне? 

— Не считаю это везением. Во всех играх, за исключением разве что совсем отдельных случаев, я показывал свой уровень, всегда полностью отдавался работе. Не то, чтобы у меня не было сомнений, но я в определенной степени ощущал доверие тренерского штаба. Хотя до объявления заявочного списка не мог со стопроцентной уверенностью сказать, что я в основе. 

- Знаю, что в 2008 году Гус Хиддинк рассматривал вас в качестве одного из кандидатов в сборную. А что вы думали тогда о шансах попасть в национальную команду? 

— Не думал об этом вообще. Был слишком молод. Даже два года спустя, когда впервые попал в сборную, был счастлив. А в 2008-м даже не надеялся, если честно. Видел, что есть уже сложившийся костяк, есть игроки, которых используют на той позиции, где мог бы играть я, так что разочарований не было. 

— Чья подготовка лучше, покажет, конечно же, только результат. Сейчас мы делаем примерно такую же работу, как делали под руководством Черчесова год назад перед Кубком конфедераций, а тогда вся команда чувствовала себя очень хорошо. Вы, конечно, можете вспомнить итоговый результат и сделать вывод, что это было не слишком заметно, но я бы сказал о том, что на фоне всех соперников, с которыми пришлось играть, мы выглядели достойно.

 - У Капелло нагрузки были выше, чем те, что приходится выполнять в сборной сейчас? 

— Да нет, не сказал бы.

— Почему же, я на том ужине был. Просто мероприятие было организовано достаточно спонтанно, многие ребята находились в других городах и приехали только те, кто смог. Не всегда бывает возможность собраться вместе. 

- Как бы вы оценили для себя ту неделю, что уже провели в Нойштифте? 

— Оценил бы положительно. Я прохожу такую подготовку уже второй раз, есть с чем сравнивать, и думаю, что мы выполнили неплохую программу. Теперь важно, чтобы все это нам помогло в предстоящих играх.  

— Мы сыграли в чемпионате всего десять туров плюс Кубок России, то есть какой-то чрезмерной усталости нет. Но не могу сказать, что на сборе мы отдыхаем. Даже при том, что двухразовая тренировка была у нас лишь однажды.

- Много лет назад Черчесов сказал, что только титулы делают игрока величиной. Какой из ваших титулов наиболее дорог? 

— Чемпионство России, завоеванное в прошлом году. Кубков у меня много, Суперкубок тоже есть. Но если взять все российские трофеи, то выиграть чемпионат страны – самый главный из них. Мне приятно, что свое чемпионство я выиграл со «Спартаком». Считаю себя воспитанником этого клуба, несмотря на то, что много лет провел в «Локомотиве». 

 Ситуация с Семиным останется между нами  

- Как вы смотрите с высоты прожитых лет на тот конфликт, который случился у вас в «Локомотиве» с главным тренером Юрием Семиным? 

— Та ситуация была конфликтом, скорее, в глазах общественности. С моей стороны никогда не было никаких комментариев на этот счет. Все разногласия, что имели между нами место, между нами и останутся. Важно, что мы пожали друг другу руки и разошлись без обид.  

- Если бы сейчас ситуация повторилась, вы бы повели себя иначе? 

 — Нет. 

 - А вы понимаете Игоря Денисова в его конфликте с Черчесовым или нет? 

— Я не тот человек, который читает в интернете всяческую желтуху, но в общих чертах вся история для меня выглядит так: есть некая ситуация, которая когда-то произошла между двумя взрослыми людьми – тренером и футболистом. Мой личный опыт научил меня тому, что люди в подобных ситуациях должны разбираться между собой сами, без привлечения посторонних. Поэтому я здесь никому не судья, привык отвечать только за свои слова и поступки. Остальное никак меня не касается. Равно как не касается и команды. 

— Я вообще не уверен, что применительно ко мне такая ситуация возможна, вот и все. В моей карьере были тренеры, которые относились ко мне по-разному, но я всегда придерживался того правила, что основная задача профессионала, коим я себя считаю, заключается в том, чтобы играть. Это моя главная позиция. Я понимаю смысл вашего вопроса, понимаю, куда вы ведете, но действительно не знаю, что могу здесь добавить.

— Когда тебе 20 лет, ты невольно думаешь о том, что все еще впереди. Даже когда более опытные люди говорят тебе, что не успеешь оглянуться, будет уже 30, в это не слишком веришь. Искренне считаешь, что тебя это точно не коснется. А когда тебе 33, ты можешь что угодно о себе думать, можешь чувствовать себя не хуже, чем, когда был молодым, но невозможно не понимать при этом, что твой футбольный век подходит к концу. Соответственно начинаешь ценить каждую минуту и так или иначе приходишь к тому, что должен себе отказывать во многих вещах, если хочешь успеть чего-то добиться. 

 Столкновение Рамоса и Салаха – игровой момент 

 - Недавний финал Лиги чемпионов, в котором травму получил нападающий «Ливерпуля» и сборной Египта Мохаммед Салах, поднял старую как мир тему: можно ли, играя на подобном уровне, каким-то образом страховаться от травм, беречь себя, если на носу чемпионат мира?

— Не думаю, что это возможно. Более того, как только начинаешь думать на поле о том, что тебе нельзя ни в коем случае получить травму, она, как правило, и случается. Для этого совершенно необязательно, чтобы кто-то в тебя воткнулся, можно элементарно споткнуться – как это произошло с нашим спартаковским вратарем Сашей Селиховым, когда он в совершенно безобидной тренировочной ситуации порвал ахилл. В этом отношении я фаталист: пусть все будет так, как будет. Нельзя слишком много об этом думать, никакого смысла нет. 

- Тем не менее большинство болельщиков вовсю клеймят Серхио Рамоса. 

 — Я отношусь к этому эпизоду совершенно иначе, как и все остальные ребята из команды. Столкновение Рамоса и Салаха не более чем игровой момент. Можно столкнуться, упасть, встать – и ничего с тобой не будет. А можно упасть на ровном месте и получить гораздо более тяжелые последствия – никто от этого не застрахован. А то, что фанаты высказывают свое мнение, на то они и фанаты.

— Вот об этом я вообще не думал, когда он получил травму. Более того, почему-то уверен, что до чемпионата мира Салах вернется в строй. По-человечески мне было очень его жалко в момент травмы. Хотя не удивлюсь, если прочитаю в интернете, что кто-то из российских игроков радовался на этот счет. 

— Наверное, да. 

- Как же вы пережили, когда после вашего перехода из «Локомотива» в «Спартак» отношение людей, для которых вы были одним из кумиров, сменилось резким негативом? 

— Это был не первый мой переход из клуба в клуб, но тогда я считал, что не заслуживаю подобного отношения. За «Локомотив» я отыграл довольно много матчей, всегда честно делал свое дело, получал травмы, возвращался, выиграл с клубом целый ряд трофеев, поэтому было неприятно. 

— Чистая правда, мне даже добавить нечего. Быть хорошим для всех без исключения болельщиков просто невозможно. 

— Знаете, с возрастом я понял одну важную вещь. Никогда не говори «никогда». Для любого футболиста его игра – это его кусок хлеба, благосостояние его семьи, и нельзя предугадать, как повернется жизнь в тот или иной момент и куда придется поехать.

 - Что вам чаще приходится делать – то, что вы хотите, или то, что должны? 

— То, что должен. 

 - Это напрягает? 

— Каждый человек ведь сам определяет свой выбор в этом отношении. Да, я делаю множество вещей, которые входят в круг моих обязанностей, но не могу сказать, что мне это не нравится. Если бы не был женат, не имел семьи, возможно, занимался какими-то другими вещами в свободное время, больше внимания уделял себе. Но поскольку семья есть, я несу за нее полную ответственность во всех отношениях. 

 - У вас ведь два сына? 

 — Скоро третий ребенок родится. Тоже мальчик. 

 - Знаю, что вы очень интересуетесь хоккеем и баскетболом. Насколько внимательно следите за этими видами спорта? 

— Слежу за матчами НХЛ, за играми НБА — мне это нравится как грандиозное шоу. За чемпионатом мира по хоккею следил, но не могу сказать, что слишком внимательно. 

 - Что бы вам хотелось сделать из того, что сейчас запрещено контрактом? 

— Когда закончу играть, обязательно поеду на какой-нибудь горнолыжный курорт. Безумно боюсь всех этих спусков, но очень хочу попробовать хотя бы с детской горочки на лыжах скатиться. Обязательно встану на коньки и начну играть в хоккей. Другими словами, начну заниматься именно тем, чем хочу. Путешествовать. Есть много спортивных мероприятий, которые я хотел бы посетить. Словом, планы у меня большие после окончания карьеры. 

- Окончание карьеры – это какой-то конкретный рубеж или абстрактная дата? 

— Мой контракт со «Спартаком» закончится через год, когда мне будет почти 35 лет, вот тогда сяду и хорошенько подумаю, что делать дальше и хочу ли я сам продолжать играть. Если пойму, что уже ни к чему не годен, цепляться за футбол не стану. Сейчас же есть и силы, и желание. А главное, я понимаю, что могу принесть пользу команде. 

- Хотя бы временами накатывает чувство усталости от игры? 

— Не то, чтобы мог назвать это усталостью, но я, например, перестал любить смотреть футбол по телевизору. 

 - Но финал Лиги чемпионов тем не менее смотрели? 

— Да, потому что это – самый высокий уровень, какой только может быть.  

- А гол, забитый Гаретом Бейлом, оценили? 

— Такие удары в футболе не редкость, получаются, когда бьешь по мячу определенной частью голеностопа. Так иногда бьет не только Бейл, но и Криштиану Роналду, и некоторые из наших игроков. Этот удар запомнился лишь потому, что мяч в ворота влетел. Чисто вратарская ошибка.

 - Когда вы смотрите подобные матчи, есть чувство, что это совсем другой футбол, не тот, в который играют в России? 

— Такое чувство иногда возникает, когда играешь с лидерами – как мы играли со сборной Бразилии, со сборной Франции. Конечно же, они мастеровитее. С другой стороны и у нас есть какие-то качества, которые позволяют противостоять даже таким соперникам. 

 Источник: rsport.ria.ru/footbal

оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи!