Последние минуты той трагической игры заставили нас смотреть на действия спартаковского штаба через оптику нашей же панической атаки. «Что он предпримет? Как он намерен спасаться?» Концентрация внимания на работе Карреры в какой-то момент стала чрезмерной, все надежды стали связаны именно с ним. Мы ждали какого-то фокуса, какого-то зримого воплощения на поле тех качеств, за которые Карреру ценят: обаяние и умение притянуть удачу.

Но ничего не происходило. Вот только в этой отделенной от остального фона фокусом нашего внимания сцене, собранной вокруг фигуры итальянца, появился какой-то периферийный раздражитель. Происходило что-то такое, чего раньше не происходило никогда. От главного тренера словно отделилась тень, которая в полном согласии с этим блуждающим сюжетом зажила своей жизнью.

Испанский тренер-ассистент Рауль Рианчо немного сломал нам шаблон: как будто на лед к фигуристу-одиночнику выкатился кто-то второй со своей произвольной программой. Казалось бы, есть два легких способа немедленно избавиться от своего зрительного дискомфорта. Например, осознать, что состояние «Спартака» в эти минуты обозначалось штормовым словом «полундра», когда нет никаких технических зон, когда забыты условности субординации и каждый, переживающий за дело, просто подчиняется рефлексам, бросаясь к полю, на котором пылает пожар, кто с ведром, а кто и с решетом.

Или способ несколько более сложный, для которого требовалось оторвать свой взгляд от спартаковской скамейки и задаться вопросом: а что там греки? Для них это были тоже тревожные минуты, и вокруг Рэзвана Луческу тоже бегали люди. Один из ассистентов, итальянец Кристиано Бакки, вел себя в точности так же, как Рианчо.

В штабе ПАОК в подчинении у Луческу-младшего – 13 человек. Два ассистента, аналитики, психолог, нутриционист. Странно предположить, что делом горит только главный, а остальные просто ходят на работу. И в авральном состоянии только одному контрактом позволено махать у поля руками, тогда как прочим предписано манекенное бесстрастие.

Но простые механизмы противодействия панике почему-то не сработали. Мы предпочли раздуть призрак собственного страха.

Ну, хорошо. А страх этот – за что? Почвой для испуга стало убеждение, будто Массимо Каррера существует в «Спартаке» на условиях незыблемого единоначалия, на которое никто и тени бросить не смеет. Но почва, если подвергнуть ее малейшему критическому исследованию, - зыбкая. Неужели забылось, что итальянец и сам в команду приглашался как помощник? Что в своей работе главным всегда совещался и совещается с членами штаба? Что в селекции его голос точно не единственный? Что немногословный в последнее время президент клуба волен время от времени вводить в коллектив Карреры футболистов по собственному усмотрению?

Незаметно установка «Спартак» должны тренировать спартаковцы» сменилась на «Спартак» должен тренировать только Каррера, всегда, и пусть ему никто не мешает». Почему-то было нормально, когда из-за спины тренера Дмитрия Аленичева выходил к бровке тренер Егор Титов, но чтобы такое творилось подле Карреры, новым шаблоном мышления не предусмотрено.

Вторая составляющая этой странной фобии: кого именно испугались? Мы пока не слишком хорошо представляем себе, что за человек этот Рианчо. Но ведь именно это и показательно. Испанец пять лет работал в штабе Курбана Бердыева. Вы можете себе представить, чтобы человек, склонный вести подкопы под главных тренеров, столько продержался в Казани? Ну, разве что он таился, как Эдмон Дантес, и копал медленно, буквально чайной ложкой.

Первым из украинских тренеров, который привлек его к работе, был Олег Блохин. Помните тренера Блохина в ФК «Москва»? О него можно было обжечься. И вот теперь мы должны поверить в то, что Блохин оказался профессионально неразборчив до степени тренерского самоуничтожения.

Рианчо работал в киевском «Динамо» с Сергеем Ребровым, два года помогал в сборной Украины Андрею Шевченко. «Я уже устал, и у меня даже были планы отдохнуть. Но мой друг Сергей Ребров меня пригласил, и я не мог ему отказать», - говорил Рианчо в интервью украинской редакции «Спорт-Экспресс» весной 2014 года. И указать на некие скрытые причины последовательного расставания испанца с двумя сильными личностями решился лишь анонимный шепоток, распространяющийся через сарафанное радио. Снова смешно: если подкрутить его ручку, на другом канале, выходит, передавали про то, что Рианчо – хороший и полезный. И вот его все наперебой у себя трудоустраивают.

Но на прослушке сарафана пусть сидят люди с особенно тонким слухом. Я же предлагаю несколько общедоступных слов Рианчо в открытых всем источниках. О себе, своей роли в командах, об отношениях с главным тренером. «Мы предоставляем Шевченко информацию, а он принимает решения, - говорил испанец осенью 2016 года в интервью программе «Профутбол». - У сборной Украины большой потенциал. Я видел много матчей молодежных команд, но нужно время и терпение, чтобы раскрыть этих игроков. В Испании и Германии все сборные с 15 лет работают по своей модели. Все должны придерживаться проекта Шевченко, с которым он пришел, и быть с ним».

«Я счастлив был работать в национальной сборной Украины, - сказано в июне 2018 года в сообщении «РБК-Украина». – Эти два года – невероятный опыт для меня. Но я соскучился по ежедневной работе. Я люблю каждый день быть в тренировочном процессе. Специфика сборной – это только 10 дней сбора раз в два месяца. Это главная причина, почему я оставляю главную команду Украины».

Полнее всего на интересующую нас тему Рианчо высказался осенью 2016 года в интервью программе «Великий футбол»: «Единственное, что даю Шевченко и Реброву – мою философию футбола. То, чему я уже научился, передаю мой опыт. С обоими работалось очень хорошо. <…> Роль главного тренера и помощника можно сравнить с ролью отца и матери в семье. Мать – та, которая постоянно поучает: убери, собери одежду, не шали. И каждый день на нас кричит. А папа – кто один раз крикнет, и этого хватает. Мне лично больше нравится роль мамы, поэтому я, возможно, не решался сделать следующий шаг. Были возможности стать главным тренером, но мне нравится моя роль. Такой шанс возникал и в Испании, и в Украине, и в России».

Возможно, «мама» все-таки передумала и в «Спартаке» решилась стать «папой». Если удержимся от смеха, надо сказать: страшное дело!

оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи!