НУЖНО ПОДНЯТЬ ГОЛОВУ И НЕ СДАТЬСЯ ПЕРЕД ОБСТОЯТЕЛЬСТВАМИ

- Первый вопрос, Самюэль, очевиден: как идет восстановление?

- Думаю, оно займет еще два месяца. Пока не начал работать с командой. Надеюсь, что буду готов на сто процентов в начале апреля. К сожалению, к тому времени до конца сезона останется уже совсем немного матчей.

- Выходит, что 2018-й год у вас противоречивый. Ведь до травмы вы очень хорошо начали в «Спартаке», и, смею утверждать, стали уважаемы его болельщиками.

- Старался делать на поле все, что могу. Но, увы, получил первую в карьере серьезную травму. Теперь передо мной новый вызов: нужно поднять голову и не сдаться перед обстоятельствами.

- Испытываете определенное беспокойство в связи с предстоящим возвращением в строй?

- Да. Пока я не попробовал поля, не вступал в контакт с соперниками. Неизбежно задаешься вопросом, как буду себя чувствовать. Моя задача – сделать так, чтобы не испытывать сомнений, когда дойдет до практики.

- Новый год, однако, начался для вас как нельзя лучше, не так ли? Сын, вот, родился.

- Причем, 1 января. Теперь будет всю жизнь справлять свой праздник вместе со всеми. Мы назвали его Наэль – через «а». Ноэль – это имя для Рождества.

- Он и его мама приедут к вам в Россию?

- Надеюсь, но пока не знаю. Надо оформить много документов. Для начала во Франции, потом еще визы.

- Каникулы провели с близкими?

- Конечно. Тем более, что ждали малыша. Реабилитация три месяца проходила в клинике Рима, а потом в Авиньоне, где живу по-прежнему с родителями. Все удачно совпало - я был свободен, когда Наэль появился на свет.

- Что это за район, Ля Пласетт, в котором вы проживали и проживаете?

- Он не относится к числу неблагополучных. Находится недалеко от знаменитого Папского дворца. Так сложилось, что там много итальянцев. Молодежь, как повсюду, иногда совершает всякие глупости, но без зла. В целом спокойно.

КОНОНОВ ЛЮБИТ НАСТУПАТЕЛЬНЫЙ ФУТБОЛ И ХОЧЕТ, ЧТОБЫ КОМАНДА ДЕРЖАЛА МЯЧ

- «Спартак» при Олеге Кононове меняет стиль. Вы это подметили?

- Матчи в Катаре дают основания полагать, что новый тренер оказал влияние на команду. Игроки ведут активный прессинг и осуществляют коллективный отход назад. Конечно, турнир в Катаре был контрольным, наиболее важное впереди, но то, что делается, многообещающе.

- Вы упомянули активный прессинг. Не находите, между тем, что отличительная черта нового – это в первую очередь акцент на короткий пас?

- Вы правы. Кононов любит наступательный футбол и хочет, чтобы команда держала мяч. К сожалению, я в некоторой степени нахожусь в стороне от происходящего процесса, но со стороны выглядит интересно.

- Не знаю, в курсе ли вы, но в России рассуждают о том, что Кононов возрождает старый стиль «Спартака», который сравнивали в свое время со стилем «Нанта» времен тренера Жан-Клода Сюодо.

- Футбол «Нанта»? Не застал, потому что еще не родился, но во Франции до сих пор есть такое понятие. Это своего рода марка.

- Параллели между двумя клубами проводили, в частности, когда они встречались в четвертьфинале Лиги чемпионов сезона 1995/96. Не барселонская тики-така, конечно, но в чем-то похоже.
- Каждый на своем этаже, как у нас говорят. Судя по тому, что Кононов предлагает на тренировках, он любит красивый футбол, и ясно общее направление, куда команда с ним должна двигаться. Тренер предлагает игрокам футбол, от которого они получают удовольствие.

- Вас что-то удивило в России? Менталитет? Привычки?

- В Европе, откровенно говоря, к России особое отношение. Все считают, что, во-первых, в ней очень холодно, а во-вторых, она не очень развита. Когда приехал в Москву, то открыл для себя прекрасный город, красивый и огромный.
А еще у меня сложилось мнение, что россияне – большие работяги. Они вкалывают буквально семь дней в неделю. У нас такого нет.

- Во Франции еще считают, что россияне – очень закрытые и угрюмые люди.

- Такое, действительно, говорят, но лично меня очень хорошо встретили и игроки, и сотрудники «Спартака». Хотя понятно, что у людей своя культура, да еще и язык сложный. К счастью у меня рядом есть Софьян Ханни, с которым можно поговорить по-французски.

- Автомобиль в Москве водите?

- Нет. Опасаюсь ДТП. Очень уж много в городе машин. К тому же я его пока плоховато знаю. Да еще надписи на русском. Из-за него и на метро пока не ездил. Надо сначала язык выучить.

- Перед чемпионатом мира в метро появились надписи и на английском.

- Значит, надо туда спуститься.

- Ваш брат-регбист в гости приезжал?

- Да. Но в тот период, когда футбольных матчей с участием «Спратака» не было. Собирались сходить на регбийный «Спартак». Но и он – надо же такому случиться - играл на выезде.

ХОЧУ БЫСТРЕЕ ВЕРНУТЬСЯ НА ПОЛЕ

- До вас в России приятное впечатление своей игрой за «Динамо» произвел француз Матье Вальбуэна. Вы были наслышаны о российских подвигах соотечественника?

- Не особенно. Честно говоря, думал, что он играл за киевское «Динамо», а не московское. Только здесь узнал, как было на самом деле.

- Как вам российский чемпионат?

- Очень атлетичный, много борьбы. Все команды хорошо организованы. Во время игр с наиболее сильными клубами царит атмосфера, как в ведущих европейских чемпионатах. Так было во встречах с «Локомотивом» и «Зенитом», да и в матчах с «Краснодаром» и «Динамо» тоже. Хотя я маловато играл, чтобы делать глубокие выводы. Принял участие только в шести матчах. Конечно, смотрел футбол и с трибуны, и по телевизору, но это не то же самое, что ощущать игру на поле.

- Вы играли за «Арль-Авиньон» во втором французском дивизионе и отправились в Бельгию, а именно «Гент». Это потому, что ваш клуб вылетел в третий дивизион?

- Нет. Я подписал контракт еще до того, как это случилось.

- При этом вашими партнерами в «Арль-Авиньоне» были известные футболисты: Паскаль Шимбонда, Жонатан Зебина, Мамаду Ньянг, не говоря уж о Гаэле Живе, финалисте чемпионата мира 2006 года.

- Живе – встреча моей футбольной жизни. Этот человек, с которым мы по-прежнему общаемся, сыграл определяющую роль в моей карьере. Он ввел меня в мир профессионального футбола, объясняя, как происходят те или иные вещи. Если я сейчас в «Спартаке», то во многом обязан этим именно ему. Лучший пример трудно было придумать.

- Как следили за чемпионатом мира в России?

- В основном из Австрии, где «Спартак» находился на сборах. Сожалел, что не был дома, во Франции, где бурно праздновали победу. Во время французского чемпионата мира 1998 года мне еще не было пяти лет, так что ничего не помню, да и в 2000-м, когда Франция выиграла чемпионат Европы, был маленьким. Зато прошлогодняя победа – это память на всю жизнь! Считаю, что Франция выиграла абсолютно заслуженно. У нее лучшие в мире игроки почти на всех позициях.

- А вы о сборной Франции не подумываете?

- Нет. Надо быть реалистом. У страны есть целая группа центральных защитников, которые выступают в топ-клубах мира.

- Так почему же было не принять прошлым летом предложение Алжира?

- Но у меня нет никакой связи с Алжиром! Когда играешь за страну, надо испытывать гордость. Я француз. Не хочу выдумывать себе другую национальность.

- Когда летом прочитал в Facebook ваше сообщение, что ваша мать не имеет отношения к Алжиру, что там жила прабабушка, признаться, все равно подумал: «Наверное, этот бородатый парень наполовину или на четверть араб».

- Мне это часто говорят. Может быть, и впрямь есть предки, как-то связанные с Северной Африкой. Но насколько мне известно, все в семье французы. Прабабушка вроде бы уехала туда из Франции, а бабушка вернулась. У Алжира хорошая сборная, мне было лестно узнать, что она мною интересуется, но не знаю, на что в этой стране в связи с моей персоной рассчитывали. Даже чисто теоретически вряд ли было возможно оформить мое присутствие в алжирской команде.

- Что ждете от концовки сезона?

- Захватывающей борьбы. Тем более, что сразу после паузы играем с «Краснодаром». Если победим, думаю, потом все возможно. Плюс остается Кубок России. Когда играешь за «Спартак», то стремишься побеждать везде.
А еще хочу быстрее вернуться на поле. У «Спартака» фантастические болельщики. Нельзя обманывать их ожидания.

Источник: БобСоккер

оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи!