Сложности «Спартака» в правом фланге и полуфланге атаки соперника никуда не делись после того, как Дмитрий Комбаров потерял постоянное место в основе. Это не оправдывает Комбарова, который часто смотрит оппоненту в спину, но говорит о другом: проблемы несколько шире, чем просто действия одного футболиста. Весь треугольник, состоящий из левого защитника, левого центрального защитник и левого центрального или опорного (в зависимости от схемы) полузащитника, позволяет создавать очень много.
Смена основной формации на 4-4-2, случившаяся при Олеге Кононове, пока не принесла видимых улучшений. Проблема системна, потому и решать её сложнее. Состоит она из нескольких слоёв.
1. Индивидуальные ошибки
Например, за матч с «Краснодаром» левым центральным полузащитником успели побывать и Аяз Гулиев, и Роман Зобнин. Оба совершили по одной ошибке из разряда тех, что нельзя допускать в равном матче: Гулиев не пошёл до конца за Перейрой в эпизоде с голом, а обрез Зобнина позволил Вандерсону на 70-й минуте выйти один на один под углом — «Спартаку» очень повезло, что его удар в дальний прошёл мимо цели. Да, индивидуальные ошибки случаются во всех зонах и у любой команды, но в треугольнике «Спартака» они приводят к большим проблемам, потому что…
2. Отсутствие должной подстраховки
Левым центральным защитником у «Спартака» чаще всего выходит Георгий Джикия. Отличный боец, к которому обычно минимум вопросов по самоотдаче и действиям в единоборствах, Джикия всё же не лучший вариант для подстраховки футболистов на проблемных позициях — а так вышло, что проблемы у него и прямо перед ним, и по левую руку. Если соперник настроен на обыгрыш левого защитника/левого центрального полузащитника или если Сальваторе Боккеттивыдвигается на мяч, а под скидку от нападающего смещается его партнёр, то это почти неминуемо приводит к моменту. Лучшая иллюстрация неразберихи в этом треугольнике — удар Виктора Классона из пределов штрафной в первом тайме матча недельной давности. Швед оказался между трёх игроков в красных майках и всё равно сумел пробить без помех. В дальнейшем он ещё несколько раз находил свободное пространство в этой зоне — там, где его быть не должно.
3. Сложности со смещением с позиции
Левый центральный полузащитник выдвинулся со своей позиции? Если он обыгран, моментально следует пас между левым и левым центральным защитниками. Левый защитник задержался выше линии мяча? Это неминуемо приводит к дыре либо в центре обороны, либо на фланге («Спартак» предпочитает оставлять сопернику фланг). Соперник сместил основные силы на свой левый край? Джикия бежит за нападающим, как в эпизоде с голом «Краснодара» на «Открытии», и оставляет за спиной целую галактику свободного пространства. Любое смещение своего игрока или соперника вызывает в этом треугольнике непонимание происходящего.
Всё в сумме это приводит вот к чему.
Матч с «Рапидом» — вышедший играть правого инсайда Филипп Шобесбергер открылся между левым и левым центральным защитниками «Спартака» и забил. Матч с «Локомотивом» — простейший заброс в зону между Джикией и Комбаровым — гол правого инсайда Джефферсона Фарфана. Матч с «Уралом» в Москве — Комбаров делает нечто загадочное, уходя ближе к центру штрафной, чем центральный защитник, Джикия передаёт игрока за спиной Луису Адриано (?!), навес на игрока за спиной и гол. Матч с «Вильярреалом» — пас через левого центрального полузащитника за спину левому защитнику и гол. Матч с «Краснодаром» — смещение левого центрального защитника, дыра между ним и левым защитником, левый центральный полузащитник не успевает доигрывать со своим игроком. Снова гол.
И это только эпизоды при Кононове. И только голевые, потому что, например, в домашнем матче с «Уралом» команда из Екатеринбурга обязана была ещё дважды наказывать красно-белых за провалы в этом треугольнике, а Самуэль Чуквуэзе из «Вильярреала», игравший в правом полуфланге, вообще все свои 80 минут на поле издевался над «Спартаком».
Теперь о том, как это может сказаться на матче именно с «Динамо» (исключая, конечно, тот факт, что «Спартак» почти в каждом матче получает голы из этой зоны).
Первый момент. Если посмотреть на паттерн динамовских передач в штрафную в быстрых атаках, то выяснится такая вещь: если мяч оказывается в левом фланге или полуфланге, то чаще всего последует попытка обводки или прострел/подача; но если мяч оказывается в правом полуфланге, то войти в штрафную «Динамо» пытается проникающим пасом между крайним защитником и крайним центральным защитником. Как раз там, где у «Спартака» проблемы.
Почему я обращаю внимание именно на быстрые атаки? Во-первых, потому что «Спартак», скорее всего, заберёт себе мяч в дерби — это философия Олега Кононова. Во-вторых, потому что «Динамо» привыкло караулить перехваты и делает это на очень хорошем для РПЛ уровне. В сумме это даёт направление мысли для «Динамо» под конкретный матч.
И второй момент. Направлению мысли может придать осязаемости один футболист, который есть у бело-голубых. Его зовут Жоаозиньо, и на зимних сборах тренерский штаб «Динамо» использовал бразильца не только в левом фланге/полуфланге, но и в правом. Результат — если в последних семи матчах осенней части сезона у Жо всего две проникающие передачи в штрафную с игры (исключая навесы), то за семь матчей зимы (сборы + матч с «Уфой») таких пасов было уже 14, и 10 из них — из проблемного для «Спартака» треугольника. Если «Динамо» даст Жоаозиньо в дерби свободу действий в этой зоне, у «Спартака» будут большие проблемы.
Понятный скриншот напоследок: левый защитник «Урала» оказывается выше линии мяча, между двумя центральными защитниками дыра, и за правым защитником «Урала» ещё одна дыра. Левый центральный полузащитник «Урала» забывает о существовании Жоаозиньо, который сейчас получит мяч от Алексея Козлова и выдаст без сопротивления идеальный пас на Рауша. Это был явный голевой момент. И это ситуация (со стороны действий обороны «Урала»), которая постоянно возникает в матчах «Спартака».
