С 25-летним полуза­щитником «Спартака» Владимиром Быстровым корреспондент «Спорта» решила встретиться не случайно. У «Спартака», буксовавшего на старте сезона, дела потихоньку пошли в гору. Однако событий, пред­шествовавших этому, произошло за последнее время так много, что только откровенный собеседник, коим слывет Быстров, смог бы помочь разобраться в том, что же происходило в команде в последние полгода, что было в команде при Микаэле Лаудрупе и как воцарилась эра Валерия Карпина.

«Спартаку» нужна «железная рука»

— «Спартак» сейчас нащупывает свою игру, что отчетливо видно по последним матчам. Когда вы это почувствовали?
— До того, чтобы нащупать свою игру, нам еще далеко, но улучшения связаны с тем, что мы стали правильно играть. Карпин, зная сильные стороны футболистов, старается их использовать. Он не просит делать то, чего мы не умеем, не просит ничего выдумывать.

— Его предшественник Микаэль Лаудруп просил?
— Лаудруп хотел привить нам другой футбол. Мы понимали, чего конкретно он требует, но не всегда получалось воплотить это в жизнь. Лично я всегда старался выполнять его установку, но это не приносило результата. Только проблемы.

— Сильно различаются установки, которые вам давали Карпин и Лаудруп?
— Конечно, они разные, хотя бы потому, что Карпин говорит на русском языке, а это существенно упрощает процесс. Во-вторых, он более эмоционально высказывает свои пожелания и в отличие от Лаудрупа может «напихать», если что не так.

— А футболисту Быстрову требуется «железная рука»?
— Конечно. Перед матчем необходимо подобрать правильные слова. Если надо — поговорить по душам. Лаудруп это не практиковал. А Карпин иной раз такое скажет, что в газете обычно не публикуется. Но уж лучше так, ведь речь наставника всегда в голове, и в какой-то момент ты о ней вспоминаешь.

— На поле в ходе игры?
— Бывает и так. Тренер что-то сказал перед матчем, ты стараешься рализовать это, и у тебя получается. Лаудруп был менее эмоциональным, а без эмоций, которые нужно выплескивать на поле, в футбол играть невозможно.

— В последнее время «Спартак» стал прибавлять в скорости. С чем это связано?
— Мы много набегали на предсезонных сборах, поэтому проблем с «физикой» у нас сейчас быть не может.

— Но почему именно сейчас это стало заметно?
— Просто мы начали играть в другой футбол. Если у Лаудрупа нужно было находиться ближе к центру, где мало места и развить скорость трудно, то Карпин просит располагаться широко. Лично мне так проще играть.

— Насколько возросшие скорости «Спартака» связаны с возвращением в строй Веллитона?
— Чем больше на поле скоростных футболистов, тем быстрее игра. У нас сейчас много таких ребят, в том числе и Веллитон, поэтому мы можем себе позволить играть в быстрый футбол.

— Какие еще позитивные сдвиги можете отметить в игре «Спартака»?
— Прошло еще мало времени, чтобы делать выводы. Нужно понять, что мы можем бороться за золотые медали, и двигаться дальше.

Тренер должен проявлять инициативу

— В каждой команде должен быть стержневой игрок. Кого в нынешнем «Спартаке» можно причислить к таковым?
— На эту роль претендует Алекс, который играет в центре поля. От него сейчас многое зависит.

— А вас можно причислить к стержневым футболистам?
— Я не считаю себя таковым. В основном стрежневые игроки находятся в центре поля и ведут игру. Раздают пасы фланговым. У крайних полузащитников немного другие роли.

— В «Спартаке» на этой позиции всегда играли очень сильные футболисты: Шалимов, Карпин…
— В «Спартаке» на всех позициях играли такие же легенды.

— А вы готовы к тому, что через какое-то время тоже можете стать легендарным игроком «Спартака»?
— Не задумывался об этом. К тому же в любой момент у тебя может возникнуть недопонимание с кем-то из клуба. Мы играем для болельщиков, а не для того, чтобы стать легендами, и если людям нравится — получаем удовольствие. В последнее время это случалось редко.

— Вы можете высказать тренеру Карпину свои соображения или пожелания? Вообще диалог с ним уместен?
— Карпин сразу сказал, что всегда готов выслушать футболистов, но сделает так, как сочтет нужным. Если возникнет необходимость, подойду без проблем.

— А к Лаудрупу можно было подойти с просьбой?
— Честно говоря, я с ним ни разу не общался.

— ?
— Тренер не считал это необходимым. Лаудруп изначально по­ставил себя так, что он не общается с футболистами. Как можно идти к нему и о чем-то с ним говорить? На тренировках, он, конечно, контактировал с нами, но занятия и личное общение — это разные вещи.

— Другие ребята тоже не обращались к нему?
— Скажу так: я не слышал, чтобы кто-то из ребят подходил к датчанину поговорить. Ну, может, один раз такое было, не больше.

— Языковой барьер не может служить оправданием?
— Дело не в этом. Просто я считаю, иногда тренеру надо пообщаться с игроком по своей инициативе, а не ждать, что кто-то сам к нему придет. Что значит мое желание? Я же не знаю, хочет ли он, чтобы я играл, или нет. У нас были после матчей какие-то общекомандные собрания, где мы разбирали недочеты в игре, но это не то.

Шавло мне не нравился

— Вспомните период, когда Карпин сменил на посту Шавло. Как ребята восприняли такие перемены?
— Я отнесся положительно. Шавло мало что решал, и вообще мне он не нравился.

— Как человек или как руководитель?
— Я его больше знал в роли руководителя. Были случаи, когда Шавло о чем-то просили, и это все где-то терялось — ничего не делалось. Это мелочи, но было много негативных моментов, когда, например, я действовал бы намного жестче, если бы был на его месте. Могу вспомнить много случаев, когда генеральный директор говорил какие-то слова, а через день забирал их обратно, говоря при этом: «Вы меня не так поняли, ребята». Я к подобным людям отношусь безразлично. Раз человек так себя зарекомендовал, соответственное отношение будет и к нему. Поэтому, когда Шавло убрали, я был доволен. Помню, все радовались, что пришел Карпин.

— Который, кстати, находится в хорошей форме.
— Лаудруп тоже бегал с нами. Он до сих пор очень силен как футболист. Единственное, ему чуть-чуть «физики» не хватает. А так датчанина можно было запросто выпускать на поле. Пару голевых передач он точно отдал бы (смеется).

— Для более успешной работы ему не хватило тренерского опыта, как считаете?
— Может, вовсе и не в этом дело. Менталитет у человека другой. Во­зможно, у него не получилось именно со «Спартаком», поэтому я не могу сказать, что недостаток опыта сыграл здесь решающую роль. Не думаю, что это вообще важный компонент.

— ?
— Конечно, с возрастом приходит опыт. Но я не считаю, что лекции, которые необходимо посещать начинающим тренерам, тому же Карпину, например, дадут что-то существенное. Вот Романцев может чему-то научить, подсказать, а то, что преподают в ВШТ, Карпин и другие и так знают уже много лет, поскольку варились в футбольной кухне.

— Карпин говорил, что хочет вернуть спартаковский стиль команде?
— Что значит спартаковский стиль? Может, он и был актуален много лет назад, но сейчас футбол уже другой, скорости возросли, уровень игроков тоже. Да, мы хотим играть быстро, в одно касание, но если какой-то другой стиль станет приносить результат, никто не будет против. Конечно, мы не станем отказываться от «стеночек», а как иначе обыгрывать соперника? Просто неправильно называть это спартаковским стилем.

Когда проигрывали, Лаудруп молчал

— Давайте вспомним уход Черчесова и назначение на пост главного тренера Микаэля Лаудрупа. Изначально было доверие к этому наставнику?
— Конечно, и оно не пропадало. Футболисты до последнего пытались его понять и как-то помочь. Я тоже очень хорошо к нему относился, он мне нравился как тренер, поэтому было жалко его, когда он покидал команду. Но у нас отсутствовал результат, и ждать никто не собирался. Лаудруп все-таки получал большие деньги. Но мне не нравилось, что, когда мы проигрывали, датчанин ничего не говорил в раздевалке.

— На ошибки тоже не указывал?
— У нас были разборы матчей, и он говорил об общих ошибках, а каждого игрока в отдельности мы не разбирали.

— А это нужно? Ведь все, наверное, и сами знают свои огрехи.
— Конечно нужно разбирать, чтобы футболисты знали, почему на следующий матч не вышли в основном составе. А у нас постоянно происходило недопонимание. Если бы он указал мне на ошибки, то я бы знал, что меня не поставили, потому что я сыграл плохо. А если мне не будут на них указывать, как я пойму, где ошибся?

— Другие ребята тоже обижались, что им по непонятным причинам не давали игрового времени?
— Никто ведь нам не объяснял, почему так происходит. Меня тоже иногда не ставил, и было интересно, по каким критериям определяется стартовый состав. Но подходить бессмысленно, ведь раз он принимал такие решения, значит, был уверен, что это пойдет на пользу команде. Часто не шло, и мы находились в тягостном, подавленном состоянии, долго пребывать в котором — вредно.

— Что европейского Лаудруп привнес в жизнь команды, кроме отмены сборов перед матчами?
— На поле он просил быстрее работать с мячом, делать много ложных движений, чтобы запутать соперника, заставлял нас быстрее перемещаться. Он доверял футболистам, поэтому сделал так, что у нас было много свободного времени. Зачем мариновать игроков на базе, ведь тот, кто захочет, и там напьется. Можно и за два дня до игры посадить на сборы: команда будет томиться и психологически уничтожать себя.

— Были ли вы готовы к отставке Лаудрупа?
— Тяжелый вопрос… Ребята об этом не думали, просто работали. Это известие разрывом бомбы не стало, тем более что в последнее время у нас в «Спартаке» участились тренерские отставки. Ведь когда нет результата, тренера могут снять в любое время. Ему оставался всего один год до завершения контракта, и иногда мне казалось, что он абсолютно равнодушно относится к результату.

— Как узнали о том, что он уходит?
— Я ехал в машине, и на телефон пришла эсэмэска от друга. Он вычитал в Интернете эту новость и сообщил мне. Я поначалу не поверил — в Интернете чего только не пишут. А потом сразу несколько ребят из команды написали, что наш коуч отправлен в отставку.

— С приходом на пост главного тренера Валерия Карпина сразу почувствовали его жесткую руку?
— Почувствовали, что пришел более адекватный человек. Карпина я хорошо понимаю, в отличие от Лаудрупа. Как можно понять человека, когда нет диалога?

— Наверное, вы не сторонник ино­странных наставников?
— Да нет, я всегда был только за. Все тренеры до этого общались с нами, пытались что-то вложить в ребят, что-то сказать, но только не датчанин. Хотя все понимали, что он — тренер европейский и по-другому смотрит на эти вещи.

Отстояли только Лю

— С приходом Карпина на тренерский мостик многое изменилось в жизни команды, в тренировочном процессе?
— Теперь не играем в «квадраты» с нейтральными футболистами. На разборах матчей он указывает нам на ошибки, чего датчанин не делал. А это необходимо, так же, как и серьезная накачка перед матчами. Да, команда может проиграть, но она не должна это делать так безвольно, как мы во встрече с «Москвой», когда целый час не могли переломить ход матча. Мы просто вчистую проигрывали, во всех единоборствах. При этом нельзя сказать, что команда не боролась.

— Приход Карпина связан и с другими пертурбациями в команде: уволили многих сотрудников...
— А для того чтобы привыкнуть к новым людям, требуется время. Нам сказали, что все эти перестановки пойдут на пользу. Конечно, у нас было недопонимание с новыми сотрудниками, с доктором, например, и во время сборов футболистам пришлось объяснять ему, чего мы хотим. Пришли новый массажист, физиотерапевт, тренер по физподготовке.

— Не удивило такое количество непригодных, по мнению Карпина, сотрудников?
— Некоторым увольнениям не удивились, но были и неожиданные уходы. Например, массажисты Прохоров и Семакин, которые полностью устраивали ребят.

— Карпин сам говорил, что ни у кого нет нареканий к работе этих массажистов, но после вторых сборов их скоропостижно уволили.
— Видимо, он посчитал, что так будет правильно. Ребята пытались их отстоять, но… Карпин выслушал нас и привел какие-то свои доводы.

— Каким образом тогда удалось отстоять доктора Лю Хуншена?
— Карпин спросил наше мнение, ребята попросили оставить в команде Лю. Мы ведь за многих просили, но, к сожалению, не особо получилось. Думаю, кризис тоже сказался, вот людей и сократили. В клубе ведь работает финансовый директор, другие люди, которые за это отвечают.

Романцев оценивает нас

— Как в команде восприняли появление Романцева?
— Такие люди — легенды нашего футбола. Я уверен, что это сильный шаг, который поможет нам. Он много подсказывает, умеет подбодрить, когда надо. Общается с нами перед тренировками. Иногда на построении берет слово.

— Легионерам объяснили, кем является для «Спартака» Олег Романцев?
— Переводчики им все разъяснили, рассказали, сколько раз этот человек привел «Спартак» к чемпионству и сколько он проработал в клубе. Думаю, они все поняли.

— С приходом Олега Ивановича что-нибудь изменилось в атмосфере внутри команды?
— Психологически много что изменилось. Болельщики восприняли его возвращение с воодушевлением, и на команде это отразилось очень позитивно. Когда Романцев стоит у кромки поля, даже бежится по-другому. Мы ведь осознаем, что он оценивает нас. Это особенно полезно для молодежи.

— Вы ведь можете пообщаться с ним не только на тему футбола.
— Понимаю (улыбается). Если он захочет половить со мной рыбу — я с удовольствием!

— Своими секретами с ним поделитесь или он больше знает?
— Ну не знаю (смеется). Смотря какую он предпочитает рыбалку. Главное — места знать. У меня на даче рыба сама на пирс выпрыгивает. Можно ведром черпать.

— Какую рыбу больше любите?
— Я редко ее ем, только на даче. А купить в магазине — это неинтересно. В основном меня привлекает поймать рыбу и почистить, а едят пусть другие!

"Спорт день за днем"