«Спартак» снова упустил свой шанс. Нет, не на какое-то там место – на победу разума. 30-й тур был отличной возможностью поставить точку в этом кошмарном сезоне, назавтра забыть его как страшный сон, а послезавтра начать с чистого листа. Но вместо этого новая история с лайками. Которая, как уже сейчас понятно, станет главной в красно-белой повестке на ближайшие месяцы. И когда наблюдаешь со стороны за всем этим бенефисом вздора, уже не знаешь, смеяться или плакать.

При этом на «Спартак» всем наплевать. Как наплевать на ребёнка в доме перманентной семейной свары. На глазах соседей его можно отправлять в школу с приклеенной улыбкой: «Давай, солнышко, учись хорошо». Только всем понятно, что хорошо не будет – просто не может быть хорошо там, где царит взаимная ненависть. Всем понятно, что дитя искалечено, и каждый в подъезде его жалеет.

«Спартак» ведь уже тоже жалко. Не как сегодняшний набор нелепостей, а как историческую величину. Отечественному футболу нужен сильный «Спартак», это одна из безусловных его опор. Потому, уверен, все здоровые футбольные люди, вне зависимости от клубных пристрастий, – только, подчеркну, здоровые – испытывают неловкость от всего происходящего у красно-белых. Это как с тем же ребёнком: от истерик дрожат стены у соседей, а больно за их чадо тебе.

* * *

Не видно здесь сегодня лидера духа. То есть того, кто ощущал бы мир по Старостину: люби «Спартак» в себе, а не себя в «Спартаке». Такого, например, каким не так давно был Карпин. А до него Титов, Тихонов, Романцев, Ярцев… Пусть они со своим старообрядчеством иной раз выглядели чудаковато, за этим ощущалась какая-то внутренняя мощь, вековая убеждённость в незыблемости фамильных ценностей. И это внушало уважение. А что или кто может внушать сейчас?

Это место мог бы занять Глушаков, но он, как теперь ясно, такую возможность упустил. Причём не тогда, когда ссорился с Массимо, а уже нынешней весной. Гол в ворота «Зенита» 17 марта мог стать поворотным пунктом на пути к спартаковскому примирению, если бы Денис сумел правильно его подать. Но вместо того чтобы показать недружественным трибунам ромбик, он показал свою фамилию. Вместо того чтобы повернуться к ним лицом, повернулся спиной. И сразу стало ясно, что для человека важнее.

И собственное «я» в этой истории, увы, вообще для всех выше спартаковского «мы». Каждый из кожи лезет вон, чтобы доказать какую-то свою мелочную правоту, совершенно не думая о общем. Ребёнок перебьётся, главное, высказать всё в лицо этой сволочи, с которой угораздило оказаться под одной крышей. И нет ни одного – ни в клубе, ни в команде, ни на трибунах, – кто был бы выше этой драки глупых амбиций.

Разве не мог Кононов промолчать на пресс-конференции про ошибки молодого вратаря? Мог. Разве не мог болельщик поддержать парня не провокационной, а спокойной репликой? Мог. Разве не мог Максименко сдержать обиду? Тоже мог. Только никто своё эго так и не обуздал. А «Спартак» оказался всем по боку.

И это, уже кажется, будет продолжаться бесконечно. Непонятно, что должно произойти, чтобы остановить свару.

* * *

Ещё до того как превратиться в современный «лайк» и обрести теперешнее интернет-могущество, англоязычный like поражал филологов многогранностью своих грамматических возможностей. Так, один из вариантов применения – частица в значении приблизительности, аналог нашего «как бы». И в таком ракурсе лайковая тема, ставшая вдруг в нашем футболе важнейшей, получает новые и неожиданно очень точные краски.

В какие слова уложить впечатления от нынешнего красно-белого сезона?

Как бы обновление. Как бы возвращение к традициям. Как бы старательность. Как бы творчество.

Как бы всеобщее беспокойство. Как бы повсеместное неравнодушие.

Как бы «Спартак».






Источник: news.sportbox.ru
число комментариев:  15