И пусть в том обзоре гениальный форвард выделяет ведущих игроков всех сильнейших команд (в "Спартаке" назван еще и Гаврилов), стало ясно: он, импровизатор и выдумщик, дождался-таки наконец себе подобного. Теперь не столь тоскливо и беспросветно наблюдать за отечественным футболом. Теперь спартаковец окреп, по-хорошему заматерел. С таким бы Эдуард и сам стремглав выскочил на любимое поле!

 Потому как видна мысль в игре, обеспеченная и техническим умением, и физическими кондициями, и, что ценно, психологической устойчивостью. Ведь сколько раз Стрельцов тоже взрывался под конец схватки и обеспечивал победу, так как осознавал свою особенную, исключительную роль. А нынче игрок в форме той же сборной, резво перепрыгнув яму 1970-х, не менее качественно прибирает действо себе и приводит к успеху товарищей, попутно доведя публику до умопомрачения. Все оттого, что с самого искусного и умелого "солиста" и спрос особый.

И как же хорошо, что новый виртуоз об этом помнит! 

..Можно уже сейчас сделать выводы по поводу фантастического 1983 года в биографии спартаковского полузащитника. Прежде всего стоит уяснить, а в чем, собственно, уникальность достижения? Да, Федор провел восемь игр за первую команду и четыре за олимпийскую. Плюс чемпионат страны и Кубок СССР требовали серьезной отдачи. Осенью подошел и Кубок УЕФА. Так что, не было в советской истории ничего похожего? 

Почему же, было. В 1967 году Эдуард Стрельцов тоже провел 14 игр за олимпийскую и первую сборные. И так же, как и Черенков, стал лучшим футболистом СССР того года. А потом всего один полноценный сезон отыграл во многом из-за тех перегрузок. Но все-таки разница есть. Причем немалая. Прежде всего Эдуард Анатольевич не выступал в таком страшном, изматывающем режиме. В 1967-м имелся разумный недельный цикл, включавший время для восстановления. 

К тому же партнеры по олимпийской сборной у торпедовца были те же, что и в национальной, а спартаковец у Эдуарда Малофеева (возглавлявшего олимпийскую команду) окунался в совершенно другую атмосферу. Да и противники по еврокубкам образца 1967-го уступали на порядок оппонентам красно-белых 1983-го. Однако не в одном футболе дело. Потому что в стране за минувшие 16 лет очень многое изменилось. 1967-й – вполне себе еще оттепельный год. Не все фильмы запрещают, джаз играет, народ читает "Новый мир" Александра Твардовского и смотрит еще не закрытый старый КВН по телевизору. 

Стрельцов никого до глубины души работоспособностью не поражал: еще и реформы Алексея Косыгина в тупик не зашли. И танки советские Чехословакию не посетили. Не то в 1983-м. Жизнь в стране становится все хуже, даже столица это почувствовала. При этом "двойная мораль" торжествует. Это когда люди одно вещают публично, а другое – за плотно прикрытыми дверями. И такое явление, как "совок", становится типичным. Такой индивидуум с наслаждением пользуется достижениями строя, стараясь отдавать по минимуму. 

(Совковый лозунг продекларировал еще при Сталине персонаж кинофильма "Весна" Бубенцов, блистательно сыгранный Ростиславом Пляттом: "Где бы ни работать – лишь бы не работать".) Да и логика есть: всеобщая уравниловка не поощряла ударный труд. И с чего, грубо говоря, "пуп рвать", если всё равно все равны, пусть некоторые, наверху, и "равнее"? Черенков потрясающим образом взламывает стереотипы, поднимаясь, как каждый крупный художник, над пустотой и суетой. Он, коммунист, – по большому счету вне политики.

 Его не затащили в высокие кабинеты и роскошные дворцы. (Чему непросто противостоять: так, Бессонов был делегатом XVIII съезда ВЛКСМ, есть даже статья за его подписью по поводу речи Леонида Ильича.) Он, не отвлекаясь, делает свое дело, радуя, что характерно, и работяг, и эстетов. Притом конкретно себе ничего не выпрашивает. О собственных – несомненных – заслугах никому принципиально не сообщает. Не просит. Не ноет. Как-то непривычно. И нетипично… Матчи с "Астон Виллой" окончательно подтянули к Федору не только московского, но и всесоюзного зрителя. Ведь представители Бирмингема были обладателями и Кубка чемпионов 1982-го (обыграв по пути киевлян), и Суперкубка того же года. В общем, бирмингемцы были значительно сильнее "Арсенала"-82. Первый матч состоялся в Москве 19 октября. Британцы, спрутами вцепившиеся в москвичей, дважды вели в счете – 1:0 и 2:1. 

Правда, Гаврилова "Астон Вилле" тоже не удалось удержать. Два раза Юрий Васильевич счет сравнивал. Последний раз с пенальти под самый конец, установив шаткие перед ответной встречей 2:2. …В легендарном матче 16 октября в Бирмингеме дела сразу пошли для красно-белых отвратительно. Хозяевам удался так называемый быстрый гол. Хороший, после красивого прохода по левому флангу Морли, когда он оставил не у дел Сочнова и четко подал в центр на Уифа. Центр нападения легко забил головой на первой минуте!

 Много мы найдем примеров, когда отечественная команда отыгрывалась или, больше того, побеждала после такого нокдауна? И тем прекраснее, что спартаковцы не утеряли присутствия духа. Наоборот, им стало вроде как интереснее и увлекательнее. Так что весь первый тайм шла упорная тяжелая борьба, где обе стороны имели шансы на успех. У нас могли забить и Родионов, и Гладилин, и Гаврилов. Что до Черенкова, то он участвовал почти в каждой атакующей операции, но больше все же присматривался, примеривался, продумывая убийственные для "Астон Виллы" ходы.

 Гром для хозяев грянул на 46-й минуте. Гаврилов выдал Федору изумительный пас на место правого крайнего, и тот поразил цель с истинно французским изяществом. Вышло с ходу, "щечкой", низом, без шансов для голкипера Спинка. По окончании действа "Би-би-си" (нещадно глушимые западные "голоса" тогда слушали всегда с интересом, а в ночь победы – с особым наслаждением) мрачно сообщило о тактике мелкого фола и случайностях, позволивших русским победить. Это не так. 

Федор пригляделся, освоился и незаметно представил из себя для соперника мину замедленного и одновременно неизбежного действия. И решающий гол на 89-й минуте стал закономерным. "Черенков – это особая футбольная стать, – писал Виктор Понедельник в "Советском спорте". – Его постоянно влечет к резкому обострению ситуации именно в штрафной площади соперников. Обладая своеобразной (ни на кого не похожей) техникой обработки мяча, он в любой игре стремится в гущу защитников.

 И его дерзкие, прямо-таки слаломные рейды нередко заканчиваются забитыми и очень нужными мячами". Что и получилось в Англии. Передача от Гаврилова – Черенков врывается уже на левый край штрафной и опять же в касание бьет: высшее мастерство обработки мяча как раз в том, что самой обработки-то и не видно. Ссылались потом на рикошет от защитника Ормсби, но траектория полета мяча не сильно изменилась. Спинк в любом случае был бессилен. Победа! Одна из самых, надо заметить, драматичных за всю историю советского футбола. 

О чем ясно говорили слезы английских игроков, многие из которых после финального свистка рухнули на родной бирмингемский газон. 

 /Продолжение следует/ 

оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи!