В марте 2019 года работавший на Фернанду 46-летний бразилец Робсон Оливейра был обвинен в провозе в Россию запрещенных средств, арестован и уже полгода ждет суда. При отправлении из Рио-де-Жанейро Робсон получил три чемодана, которые должен был передать семье футболиста. В одном из них находились коробочки с лекарственным средством Mytedom 10 мг — гидрохлорид метадона — сильнодействующие таблетки, применяемые при сильных болях, а также лечения наркоманов от героиновой зависимости. 

В России средство считается запрещенным. После ареста Робсона семья Фернанду никак ему не помогла, сообщал O Globo, а вскоре и сам игрок уехал в Китай.После долгих попыток бразильскому каналу удалось связаться с футболистом, который рассказал свою историю случившегося. При этом слова Фернанду расходятся с теми показаниями, что он дал российской полиции. — Мы никогда ничего не скрывали. 

Если это до сих пор непонятно, повторю: лекарство предназначалось моему тестю. Как только наших работников задержали в аэропорту, мы отправили человека с рецептом и паспортом моего тестя. Сделали все необходимое, чтобы доказать, что лекарство принадлежит ему, — заявил футболист. Хотя ранее утверждал, что не знает, как именно задержанный получил препарат в Бразилии, и что не поддерживает отношений со своим тестем.  

Также Фернанду заверил, что не оставлял Робсона без помощи в российской тюрьме: «С самого начала мы делали все, чтобы он поскорее вышел. К сожалению, только наших сил тут недостаточно». А еще экс-полузащитник «Спартака» обратился к российским властям.  

— Я прошу российские и особенно бразильские власти обратить внимание на ситуацию с Робсоном и войти в его положение. В Бразилии могли бы связаться с российскими властями и попытаться добиться возвращения Робсона на родину как можно скорее. Нам это дело тоже не дает покоя, надеюсь, что все скоро разрешится.

Я не знал, что тесть попросил такое лекарство. Нам рассказали только когда Робсона задержали в аэропорту. Нам позвонили и сообщили, что все дело в определенном препарате. До того момента я ничего не знал. Потом спросил у тестя, он подтвердил, что лекарство предназначалось ему.  

О побеге из «Спартака» в Китай 

Я перешел в китайский клуб, так как поступило интересное предложение. История о том, что я бежал из России, не имеет смысла.

 Да, мои личные вещи остались в подмосковном доме. Но он мой, поэтому мог не собираться в спешке, чтобы перевезти гору вещей. Жена вообще осталась еще на один месяц, чтобы подготовить переезд вместе с детьми. Потом она отправилась в Китай с 28 чемоданами. Так что мне незачем было убегать из страны. Тем более, действовал контракт со «Спартаком», в таком случае никуда не денешься. Нельзя же просто сказать, что я ухожу.

Просто подумайте: я же не могу приказать одному клубу меня продать, а другому купить. Неважно, в какой стране нахожусь, продолжу помогать Робсону. В такой ситуации я бы никогда не отвернулся от человека. 

Об общении с тестем 

Мы и правда редко общаемся. Встречаемся, когда прилетаем в Бразилию отдыхать.

 Иногда родители жены приезжают сами, чтобы нас проведать. Но помимо этого мы не контактируем. Писали, что мы жили все вместе, но это неправда. Я никогда не жил в одном доме с родителями жены. 

О помощи Робсону 

Это очень непростая ситуация, мы все расстроены, что так произошло. Мы сделали все возможное, чтобы вытащить Робсона: заплатили адвокату, предлагали залог, чтобы судья назначил домашний арест, но нам отказали. Потом пытались связаться с властями в России и Бразилии, но все напрасно. 

оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи!