* Автор: George Weigel
* Источник: "National Review", США
* Переводчик: Денис

Олимпийские игры, став большим бизнесом, редко приоткрывают окошко в политические культуры тех стран, чьи команды принимают участие в таких соревнованиях. Мало кто из спортсменов (не говоря уже о спонсорах – и частных, и Национальных олимпийских комитетов) готовы сделать что-либо, способное испортить всеобщее благодушие – тот дух «we are the world» [«мы – мир», песня Майкла Джексона, – прим. перев.], – который, по-видимому, двигает вверх рейтинги телевидения и заставляет покупателей приобретать «вещички» (или «Чикен Макнаггетс», или что бы там ни было)…Поэтому своё «Я», немотивированные амбиции и национальный характер, чаще всего, удерживаются под жёстким контролем.

Исключение в таком олимпийском правиле, однако, было представлено на всеобщее обозрение после того, как американец Эван Лайсачек с минимальным преимуществом победил обладателя золотой медали 2006 года Евгения Плющенко, став первым в мужском фигурном катании на нынешних Играх в Ванкувере: Плющенко, который почти превратил в карьеру свою лихость (а кое-кто сказал бы – свое нахальство), остался недоволен. Он, в конце концов, выполнил четверной тулуп (хотя и приземлился как-то неуклюже), тогда как Лайсачек, с точки зрения русского, получил высокие оценки, откатав безупречную, но менее техничную программу, в которой были тройные прыжки.

Российского премьер-министра Владимира Путина невозможно превзойти в состязаниях по нытью. Он послал Плющенко телеграмму (телеграмму?? неудивительно, что они проиграли холодную войну). Путин, выступая в новой, назначенной самому себе роли Главного Олимпийца, проинформировал своего приунывшего соотечественника о том, что такая серебряная медаль «стоила золота», потому что Плющенко «показал сложнейшую программу на льду Ванкувера». Российские государственные СМИ присоединились к крестовому походу, высказываясь в таком тоне, который во времена Андропова использовался для порицания врага рода человеческого Рональда Рейгана, разжигавшего войну.

Вот тут, мне кажется, мы и наблюдаем эту редкость: олимпийское окошко в национальную политическую культуру. Всё, что касается нытья русских о серебряной награде Плющенко, точно совпадает с главными темами общественной жизни в России со времен распада Советского Союза в 1991 году: паранойя (это сделали с нами враги); травля (ты слабак, Эван Лайсачек, потому что ты не сделал четверной прыжок); искажение действительности (серебро стоит золота); искажение исторических событий (новая система выставления оценок была введена, по словам Трейси Гамильтон, спортивного обозревателя из «The Washington Post», именно по причине предыдущих обманов со стороны русских). Разве перед нами не продолжение запугивания русскими (а то и похуже) в Грузии и Украине, угроз русских в области энергетического снабжения стран Центральной и Западной Европы, беспокойства русских по поводу иранской ядерной программы, сжигания толпой в России чучела латышского кинорежиссёра, который посмел сделать документальный фильм, рассказывающий правду о коммунизме?

Трудно не прийти к выводу, что такое грубое поведение – мягко говоря – во многом объясняется тем фактом, что в области политической культуры Россия так и не начала бороться с 74-летним наследием коммунизма. Мумия Ленина – наводящее ужас напоминание об одном из величайших массовых убийц XX столетия – всё ещё выставлена для всеобщего поклонения со стороны недалеких и запутавшихся людей на Красной Площади. Шествия в честь дня рождения Сталина, чей рекорд по убийствам перекрыл ленинский, не являются исключением. Архивы НКВД/КГБ, на короткое время открытые во времена Бориса Ельцина, вновь закрыты для исследователей. Оппозиционных журналистов безнаказанно убивают, а государство доминирует в СМИ. История переписывается, чтобы замаскировать и даже отвергнуть ужасы системы ГУЛАГа (который, как продемонстрировала Энн Эпплбаум в своей книге, получившей пулитцеровскую премию [«Гулаг: паутина большого террора», – прим. перев.], был не случайной чертой сталинизма, а важнейшей составляющей сталинской «экономики»).

Владимир Путин ясно дал понять: он не удовлетворён тем, что Россия уменьшилась до размеров, характерных для времен Петра Первого. При этом и Путин, и его преемник на посту президента Дмитрий Медведев, кажется, не слишком заинтересованы в том, чтобы разбираться с колоссальными проблемами России в демографии и здравоохранении, которые включают быстрое уменьшение численности населения (благодаря катастрофически низкому уровню рождаемости и снижению продолжительности жизни, что обостряется из-за ухудшения окружающей среды и безудержно растущего алкоголизма). Между тем, российская экономика (самая неприглядная сторона которой блестяще описана в романах Дэниела Сильвы «Москва правит» и «Отступник») напоминает дела славянской мафии, а не настоящую рыночную систему. Возможно, нытьё о судействе в мужском фигурном катании на Олимпиаде рассматривается в Кремле как полезное отвлечение внимания от неприятных фактов современной российской жизни.

Однако это не должно отвлекать внимания Запада, в целом, и Соединённых Штатов, в частности, от двух других неприятных фактов: российский империалистический импульс не снизился благодаря катастрофическому опыту коммунизма, а российская политическая культура больна. Реакция Кремля на нытьё Евгения Плющенко по поводу своей серебряной медали довольно точно отражает, какое умонастроение преобладает в российской общественной жизни в наши дни. И подобная информация должна заставить администрацию Обамы и правительства других западных стран вновь потянуться к знаменитой кнопке «перезагрузка»: на этот раз с целью придумать способы снижения дальнейшей агрессии русских в тех местах, где на кону стоит гораздо больше, чем на ледовых аренах Британской Колумбии.
число комментариев:  111