Так уж повелось, что за «коктейль-бар» в командах отвечают массажисты. Рассказывают, будто у каждого даже есть свой, особый рецепт приготовления напитка, который игроки пьют после тренировок и матчей. Обычно это витаминный состав, помогающий быстрее восстанавливаться спортсменам после нагрузок.

– Да нет никакого секрета, – улыбается Степко, взбалтывая бутылку с напитком как заправский бармен. – Состав-то примерно одинаковый. Вот Андрей Прончев (еще один массажист «Спартака». – Прим. ред.) может что-нибудь в чай добавить: разные сорта смешать, определенное количество меда или сахара положить… Вкусно получается.

Прончев, кстати, уехал в расположение сборной России, где работает помимо «Спартака». Так что моя помощь Степко приходится весьма кстати.
– Нужны манишки, – просит у Шкрэблина инвентарь Валерий Карпин.
Пока он отсчитывает нужное количество, разливаю воду из пластиковых бутылок по «соскам». Именно так называют тару, из которой обычно пьют игроки.

– Когда выбегаем на поле во время паузы, много «сосок» не берем – будут вываливаться из сумки, потерять можно. Тут и витамины, и минералы, и углеводы. Разные на вкус, – объясняет Степко, насыпая порошок в бутылку с водой.
Говорят, вещь полезная, никакой химии. Хотя, например, все спартаковские бразильцы предпочитают пить только воду, как и Ким Чельстрём. А остальные выбирают по настроению либо воду, либо напиток.

ИМЕННЫХ «СОСОК» НЕТ!

А как же кола? Иностранцы и бразильцы, в частности, говорят, большие любители шипучки. Хотя почему только легионеры?

– Ваня Саенко после тренировок, бывало, говорил: «Сейчас бы колы стаканчик», – вспоминает Степко. – Рассказывал, что в «Нюрнберге», где раньше играл, у них это не возбранялось. Но сейчас, уверен, даже если за обедом игрокам предложат колу, никто не будет пить.

Нет в «Спартаке» и так называемых именных бутылочек. Рассказывают, что была у Владимира Быстрова.

– Когда работал в «Химках», на некоторые бутылочки приклеивали тейп (пластырь. – Прим. ред.), помечая свою, – вспоминает Степко. –Правда, это делалось, скорее, в гигиенических целях. Чтобы у каждого была своя бутылка. Но в «Спартаке» такого разделения нет.

Шкрэблин четко разливает воду, размешивает порошок, зачерпывает лед, взбалтывает бутылку с протеиновым напитком (что-то вроде йогурта). Для антуража не хватает разве что красивых бокалов, зонтиков и трубочек. Получился бы вылитый бармен.

ИЗ-ЗА ТРАВМЫ – В МАССАЖИСТЫ

Но почему именно хорват Шкрэблин готовит напитки и массирует игроков? Как он вообще оказался в России и в «Спартаке»? После очередного водопоя, пока идет двусторонка, есть возможность об этом поговорить, облокотившись на большой контейнер со льдом.

– Я в России с 1993 года, – рассказывает Степко. – Приехал в Москву с родителями. Отчим занимался строительством. Тогда как раз строили гостиницу «Славянская» у Киевского вокзала, здание Академии наук на Ленинском. А мама – профессор, в совершенстве владеет английским и русским.
Шкрэблин отлично изъясняется на языках. Но учителем русского или английского не стал. Говорит, к учебе душа особенно никогда не лежала. Может быть, потому что Степко язык футбола понимает, сам хотел играть, но...

– Когда учился в 11‑м классе, получил серьезную травму. Стало понятно: профессионально в футбол играть не получится. Но я хотел остаться в игре. Не знаю, почему, но выбрал профессию массажиста. Учился в РГУФКе. Закончив учебу, уехал в Хорватию, – говорит Шкрэблин.
Правда, из Хорватии вскоре вернулся. Клуб, в котором работал Степко, прекратил существование.

– Пока связь с Россией оставалась, решил вернуться. Искал работу и нашел. В «Химках». Причем мне никто не помогал, никто не устраивал. Просто взяли человека со стороны. Меня потом спрашивали, мол, кто посодействовал. Да никто! Счастливый случай, – улыбается Степко, разливая воду по «соскам».

ПРИ ЯКОВЕНКО ПИЛИ БОЛЬШЕ!

А вот в «Спартак» Шкрэблина порекомендовал уже врач команды Михаил Вартапетов, ранее также работавший в «Химках». Помимо профессиональных качеств, Михаил знаменит еще и тем, что был самым скоростным среди врачей клубов премьер-лиги. Так быстро, как Вартапетов со Шкрэблином, на поле для оказания помощи не выбегал никто! И в «Спартаке» они не потеряли в скорости.

– Да уж, угнаться за Гургенычем было сложно. Особенно с авоськой с бутылками, – смеется Степко.
Но скорость сохранять все-таки получалось. И это как раз тот случай, когда помощь действительно скорая. Наверное, сказываются тренировки в «Химках», проводимые Павлом Яковенко. Вот где потребление воды и напитков было максимальным!

– Конечно, ведь первая тренировка стартовала в 6.30 утра. Затем выходили на поле в 10.30, 17.00 и в восемь вечера, – вспоминает Степко. – Это было единственное время, когда после завтрака я отправлялся поспать.

…Вратарям во время игры заснуть не дают нападающие противника. Но иногда приходится взбадривать себя глотком воды из бутылочки, лежащей рядом с воротами.

– Например, Андрей Дикань никогда не пьет во время игры, какая бы жара ни стояла. А Сережа Песьяков, наоборот, обязательно кладет бутылочку возле ворот, в какой бы холод ни играли, – улыбается Степко. – Это, скорее, привычка. Как и с полотенцем. Некоторые вратари берут с собой и вешают на сетку. Могут ни разу им не воспользоваться, но висеть должно обязательно!

...Степко по привычке заполняет пустующие «соски» водой, разбавляет в бутылке порошок, готовит очередную порцию протеина. После тренировок к столику, накрытому Шкрэблином, выстраивается очередь. Отрадно, что «сервировать» стол помогал корреспондент «ССФ». Как говорил товарищ Саахов, «маленькое, но ответственное поручение» выполнено.