— Несмотря на заявление Зеппа Блаттера о том, что ФИФА никогда не одобрит объединение чемпионатов, Алексей Миллер обещал «сделать решение». Как воспринимать его слова?

— Ну говорить можно всё. Раньше он заявлял о том, что они выйдут из премьер-лиги и переедут в Севастополь. Надо понимать, что «Зенит» и «Газпром» — это еще не весь российский футбол. К сожалению, для одних и, к счастью, для других — в сегодняшнем мире всё решают деньги. «Газпром» может увеличить поток спонсорских средств в Лигу чемпионов и смело играть в кошки-мышки с УЕФА. Я вижу здесь хорошие шансы. Но одобрение ФИФА получить сложнее: заставить проголосовать за идею придется более 200 федераций. За три копейки там никто руку не поднимет.

— Объединенный чемпионат — это проект спортивный или политический?

— Без спортивной составляющей проект заглохнет. Даже если будет сумасшедшее финансирование, на игры низкого уровня никто не пойдет.

— Почему украинская сторона демонстрирует довольно сдержанную позицию? Опасаются оказаться под контролем российских коллег?

— Конечно, предложение-то поступило с нашей стороны. Уверен, что ни «Динамо», ни «Шахтер» — довольно серьезные европейские клубы, не хотят оказаться под гнетом. Они воспринимают «Газпром» как политический инструмент, который в случае чего может использовать рычаги давления. Очевидно, что рулить этим чемпионатом будут российские клубы.

Но пока мы видим только разговоры, встречи, обсуждения. Вот и Леонид Федун сказал: «Нарисовали миллиард», а где, что и откуда… Цифру все услышали и затаились. И Николай Толстых, думаю, занял правильную позицию: нет реальных документов — нечего и комментировать.

— Действительно, пока главный аргумент сторонников объединенного чемпионата — деньги, гарантированная прибыль каждому клубу.

— Чтобы выступать на хорошем уровне, нужно иметь бюджет под 100 миллионов, а зарабатывать столько в наших условиях невозможно. Хотя ЦСКА заявляет о том, что они достигли нулевого баланса или получили небольшую прибыль, я не склонен в это верить. Доходы поступают от трансляций, еврокубковых выплат, продажи билетов. О чем можно говорить, когда на самую успешную команду ходит 6 тысяч человек? «Спартак» собирает аудиторию от 10 тысяч до 65 тысяч, но все деньги уходят на оплату аренды «Лужников» (от 60 тысяч до 100 тысяч долларов).

— А насколько сам объединенный чемпионат будет прибыльным?

— Не думаю, что настолько, чтобы покрыть заявленный на траты бюджет в 1 миллиард. Многое зависит от того, какого качества проект будет создан (даже сейчас наши топовые игры закупают и англичане, и итальянцы). Отсюда можно устанавливать адекватные цены на билеты и на телевизионные права. Ну если такие люди, как Алексей Миллер, давно обращающиеся с большими деньгами, затевают такое дело, значит, есть в этом смысл.

— Изначально критиковавший идею объединенного чемпионата владелец «Спартака» Леонид Федун все-таки посетил собрание в офисе «Газпрома» и, кажется, изменил свое мнение. Почему?

— Как и всех бизнесменов, его в первую очередь интересовала финансовая составляющая. И после объявления суммы, Леонида Арнольдовича, которого на мякине не проведешь, эта идея заинтересовала.

— Вообще не удивляет, что «Спартак», имея внушительные ресурсы и достойного представителя в лице Федуна, в последнее время остается в стороне от активной деятельности коллег — Гинера, Миллера и Керимова?

— Не совсем соглашусь. У «Спартака» — своя позиция, и так было всегда. Например, мы придерживались собственной политики: в плане цены футболистов, потолка зарплат, у нас не было ситуаций, какая произошла в «Зените» с Денисовым. «Спартак» не идет вразрез с мнением большинства и ни за кем не гонится, следует избранной линии.

— Работая в «Спартаке», вы еще застали ранний период правления Леонида Федуна. Сейчас можете проследить его эволюцию от олигарха, просто вкладывающего средства, до хозяина клуба, непосредственно участвующего в процессе его развития?

— Естественно. Когда всё начиналось, Леонид Арнольдович не был профессионалом в футбольном деле. Он принимал участие только в составляющей бизнеса, распоряжался финансами, но всегда был искренним болельщиком клуба. И, как и другие поклонники, не до конца осознавал, что такое игра и что многое зависит от удачи и случая. Можно купить хорошего игрока, как Де Зеув, например, у которого просто не получилось. Такое часто случается, ведь люди — не роботы, но как это популярно объяснить? Всякое бывало. В 2007 году в решающей игре чемпионата с «Сатурном» Баженов… не попал в пустые ворота. А могли ведь стать чемпионами! Ну что тут сделаешь? Этот матч Леонида Арнольдовича держал в напряжении до конца, а его итог сильно расстроил. И завоеванное второе место, конечно, не принесло никакой радости, когда чемпионство было так близко.

С годами Леонид Арнольдович все больше вникал в футбольные вопросы, ездил по странам, оценивал инфраструктуру, менеджмент. И сейчас его можно назвать, в футбольном плане, другим человеком, уровень познания которого неимоверно вырос. Он общается с игроками и тренерами, не оказывая влияния на их решения, волнуется и переживает, находится в курсе всех событий, может предложить и объяснить какие-то идеи руководству лиги и РФС.

— А что так повлияло на эти изменения?

— Та заноза, которая уже давно в нас сидит, — недостижимость первого места. Тут даже без подсказок специалистов и болельщиков все понимают, к чему надо стремиться. Леонид Федун, я считаю, человек, заслуживающий спартаковского уважения, как минимум за то, что восемь поколений болельщиков все-таки дождутся своего стадиона. В историю он точно войдет.

— А какое место в российском футболе на сегодняшний день занимает «Спартак»?

— Если взять в совокупности клуб как организованную структуру, то мы сейчас в лидерах находимся. Ни в одном клубе нет такой инфраструктуры, что касается академии, детского футбола, молодежных команд… Такого стадиона, который практически достроен, нет пока ни у «Зенита», ни у «Динамо» и ЦСКА. Вообще «Спартак» — это мировой бренд, как «Бавария» или «Барселона».

— Завтра закрывается трансферное окно. Какие приобретения были удачей, а что бы вы назвали главной потерей для красно-белых?

— Плюсы — это Бокетти, который закроет проблемную позицию, Мовсисян — хорошее приобретение. Уорис — игрок на будущее, обладающий хорошей скоростью, способный обыграть на финтах, в котором я вижу замену Веллитону. А он, для меня, — однозначная потеря, которая на данный момент может не так сильно ощущаться. Его физическая форма не соответствовала высокому уровню, но это качественный, быстрый и забивной футболист. К сожалению, не думаю, что он вернется в «Спартак», подобно Вагнеру, — на крыльях. Они слишком разные люди. Веллитон, в отличие от армейца, очень закрытый человек, который приехал в Москву совсем забитым мальчишкой. Поначалу мы старались преодолеть его замкнутость. Потом этого уже не требовалось. Какое-то время его контролировал Моцарт, а после его ухода — человека, капитана, авторитета не осталось. И это всей команды касается. Вспомните, как мы играли с Тихоновым и без него! На поле те же, но результат — другой. Он мог потребовать, зарядить, подсказать. Пока что другого такого не воспитали.

Источник:Новая газета

Добавил:Duc8

оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи!