В рамках проекта, посвящённого 20-летию чемпионата России, лучшим тренером специальное жюри признало Олега Романцева. Sportbox.ru вспоминает профессиональный путь лауреата, который остался в истории не только благодаря рекордному списку титулов.

Выбор патриарха

Сегодня уже мало кто помнит, что тренером «Спартака» Романцев стал не совсем обычным образом. Его не назначили, а выбрали. Во второй половине 80-х годов прошлого века было в стране такое поветрие: стали выбирать всех, кого раньше назначали. Не обошла мода и футбол.

Занятно сегодня выглядит тот кандидатский список: Игорь Нетто, Нодар Ахалкаци, Александр Кочетков, Фёдор Новиков, Юрий Морозов, Евгений Ловчев. Мог, говорят, оказаться в этом ряду и Юрий Сёмин, впечатляюще проведший с «Локомотивом» сезон-1988, но какие-то скрытые от публики механизмы его появление в ряду претендентов исключили. На собрании в январе 1989-го двадцать два игрока «Спартака» решили оформить своё волеизъявление тайным голосованием, и счётная комиссия в составе Николая Старостина, Фёдора Черенкова и Сергея Родионова огласила итог: во всех без исключения бюллетенях названо одно имя – Олег Романцев.

Тут же основатель «Спартака» прокомментировал событие прессе. Главных мотивов выбора было названо два: принадлежность к красно-белому лагерю и личностные качества – принципиальность в сочетании с интеллигентностью. «Хочется верить, – говорил Старостин, – что мы не ошиблись в выборе и в лице Романцева «Спартак» нашёл тренера, который поможет клубу сохранить традиции. Лично я с самого начала поддерживал его кандидатуру и рад, что такое же мнение о новом тренере у всех игроков».

Деликатность формулировки – «поддерживал его кандидатуру» – не должна вводить в заблуждение. Николай Петрович только что выставил из спартаковской берлоги второго медведя, Константина Бескова, и сделал это, разумеется, не для того, чтобы вверить судьбу команды стихийному выбору. Умонастроение игроков он наверняка контролировал, а, возможно, и формировал. Голосование было антуражем, не более того. По сути же Романцев был его, Старостина, выбором. В этом человеке патриарх увидел того, на кого можно оставить «Спартак».

Рождение «кентавра»

И действительно, новый тренер не стал ничего ломать: игровой основой «Спартака» остался стиль, созданный Бесковым. В то же время и слепым подражателем Романцев не был. Симпатичный, но легковесный футбол он решил сбалансировать изрядной долей атлетизма. Совместить принципы спартаковской и киевской школ и создать нечто напоминающее игру летучих голландцев времен Йохана Кройффа – такой была цель Романцева.

Особенно наглядным его творческий поиск стал как раз с началом российской самостоятельности. «Спартак» образца 1992 года озадачил ревнителей красно-белых ценностей появлением целого отряда гренадёров. Виктор Онопко, Андрей Чернышов, Кахабер Цхададзе, Андрей Иванов, Андрей Пятницкий, Игорь Ледяхов, Велли Касумов – такого набора людей ростом под метр девяносто «Спартак» прежде не знал. Процесс рождения игрового «кентавра» не был простым, несколько месяцев команда на поле откровенно мучилась, некоторые новички никак не могли попасть в предложенную стилистику, но потом всё сложилось. И тот «Спартак» уже не только переиграть, но и задавить было непросто. Да и перебегать тоже. Типаж Валерия Карпина или Дмитрия Попова трудно было представить в «Спартаке» Бескова, а в футболе редакции Романцева эти крайки смотрелись вполне органично.

Тренер и потом старался иметь в своей команде больших людей. Юрий Никифоров, Юрий Ковтун, Мирослав Ромащенко, Василий Баранов – все эти игроки сумели вписаться в систему спартаковских ценностей. Впрочем, больше, пожалуй, оказалось тех, кому это не удалось. Особенно в атаке. Валерий Масалитин, Валерий Величко, Сергей Дмитриев, Анатолий Канищев – проб габаритных форвардов было достаточно, но по-настоящему ни один из вариантов так и не состоялся.

Да и в целом итоги опыта по скрещиванию двух стилей трудно назвать удачным. С течением времени антропометрия значила в командах Романцева всё меньше, и тот первый российский 1992 года состав так и остался по-своему уникальным. Позже носителями спартаковской сущности были уже люди скромных росто-весовых характеристик – Андрей Тихонов, Илья Цымбаларь, Дмитрий Аленичев, Валерий Кечинов, Дмитрий Парфёнов, Дмитрий Хлестов. Чуть выше одноклубников вырос Егор Титов, но и в нём физической мощи было немного – гораздо меньше, чем интеллектуальной. А голову в игроке Романцев ценил прежде всего: так в «Спартаке» сложилось исторически.

Нюх и жажда

Никто, наверное, в футбольном мире не знает Романцева так хорошо, как Александр Тарханов. Земляки, партнёры, коллеги, они и первый российский «Спартак» делали вместе. Потому оценкам Тарханова можно верить. Профессиональный гений своего товарища он объяснял так. «Это тренер с уникальной интуицией. У него чутьё абсолютно на всё, что касается дела: на целые игры, на отдельные моменты, на селекцию... Олег Иванович умел разглядеть в парне талант даже на фоне неважного футбольного образования, он смотрел на неуклюжего мальчишку, а уже на следующей тренировке начинал растить из него зрелого мастера. Очень многое не получалось: игроки, бывало, ломались психологически, – но Романцев таких остепенял и направлял далее по нужному курсу. Благодаря вере, которую питала интуиция. Главный тренер и сам признавался, что при нём раскрывались именно те, которых он чувствовал, а не скрупулезно оценивал».

Именно это удивительное чувство игры – видимо, данное свыше – позволяло Романцеву строить новые команды, сохраняя при этом в каждой из них характерные черты того футбола, который принято называть спартаковским. «Спартак» 1989 года по составу сильно отличается от «Спартака»-1992, как в свою очередь мало персональных пересечений имеют, допустим, варианты 1997 и 2001 годов. Но все эти команды были на поле узнаваемы, все они были одной футбольной крови.

Пожалуй, есть в тренере ещё одна черта, которая объясняет его уникально длинный победный ряд. Честолюбие. Которым была пропитана и его команда. Футболисты рассказывали, что Романцев обладал редким даром убеждения, что он умел находить и ставить цели так искренне, так вдохновенно, что команда верила ему безоглядно. Та самая психология победителей, которой «Спартак» девяностых был заполнен под самую маковку, была взращена в команде им, Романцевым.

Образцовый матч

Тренером «Спартака» он стал в 1989-м, а оставил команду в 2003-м. Итого – пятнадцать сезонов. Правда, однажды, в 1996-м, он брал передышку. С дистанции лет обнаруживается удивительное: та пауза пришлась ровно посередине его спартаковского пути. Словно перерыв, который разделил два тайма.

Если принять этот образ, то окажется, что свой красно-белый матч Романцев провёл образцово, по всем канонам футбольной науки. Забил быстрый гол (золото в первом же сезоне), практически всё время владел инициативой (лишь один год без медалей), да к тому же ещё сумел прибавить во втором тайме (четыре чемпионства до 1996 года и пять после). А главное, он выдержал стиль – агрессивный, творческий, победный. Старостин, когда-то вручивший Романцеву «Спартак», такой игрой наверняка был бы доволен.

Только немного жаль, что этот матч так быстро закончился. Хотя спартаковский народ где-то внутри продолжает надеяться на дополнительное время.





Источник: спортбокс.ру. Новость добавил: OmgCrazy.

число комментариев:  2