Логин: Пароль: Регистрация Забыли пароль?
Добавить в избранное  
 Инстаграм redwhite.ru Официальный канал REDWHITE.RU на youtube  вконтакте redwhite.ru  Твиттер redwhite.ru Главная Поиск Карта сайта Версия для печати
Фотографии
Видео
Таблица ЧР 2019/2020


команда


и

о

Зенит

Зенит 19

45

Краснодар

Краснодар 19

35

цска 19

34

Локомотив

Локомотив 19

34

Ростов

Ростов 18

31

Арсенал

Арсенал 19

25

Уфа

Уфа 19

25

Урал

Урал 19

24

Динамо

Динамо 19

24

СПАРТАК

СПАРТАК 18

22

Тамбов

Тамбов 19

21

Ахмат

Ахмат 19

19

Оренбург

Оренбург 18

19

Крылья Советов

Крылья Советов 19

18

Рубин

Рубин 18

18

Сочи

Сочи 17

14

ФНЛ 2019/2020
Молодежные команды
КХЛ 2019/2020


Опрос





«Каладзе говорил: «В Милане ты можешь бухать и курить». Приключения защитника последнего золотого «Спартака»

19.06.2015


Денис Романцов встретился с Андреем Стрельцовым, который играл за романцевский «Спартак», забивал за «Милан» и дрался с тренером «Анжи».

Андрей Стрельцов мелькал в чемпионском «Спартаке» Романцева, ездил на кастинг в «Милан» и «Ювентус», мучился у Курбана Бердыева, спасал от вылета «Анжи», выигрывал чемпионат Латвии, а теперь, в тридцать один год, работает в Химках в Федеральной миграционной службе.

- Читал, что в детстве вас тренировал отец.

– Да. Отец и сейчас в футболе. Он – лучший в России селекционер по юношам, искал игроков «Зениту» в 2008-м, когда они выиграли УЕФА и Суперкубок, в «Спартаке» работал. Отец лет семнадцать сотрудничает с Костей Сарсанией.

- Как они познакомились?

– Через меня. Я начинал в мини-футболе. Тренер сборной области предложил попробовать себя на большом поле. Исполнил последнего защитника – позвали в сборную Черноземья. Отыграл за них – ко мне подошел селекционер московской «Ники» Гузиков: «Приезжай». Подписал с ними контракт, мне лет четырнадцать было. Через полгода Сарсания перетащил в «Спортакадемклуб», который он собирал. Тогда-то он и познакомился с моим отцом, который привез меня в Москву. В Москве я жил в интернате, потом в академии в Чехове, потом стали кататься по Европе – нас хотели продавать, но агент Влад Светиков надурил Сарсанию.

- Как?

– Сарсания хотел продать нас в «Милан», а Светиков подсуетился и продал нас с Данишевским в «Спартак». Костя звонит: «Завтра вылетаете в Италию». Я ему: «Куда? Мы уже в Тарасовке».

- Как так получилось?

– Сарсания работал в паре со Светиковым. Влад нам сказал: «Я с Костей договорился – вы переходите в «Спартак». Мы приехали в офис, подписали контракт, уехали на базу, а утром позвонил Сарсания: «В смысле – в Тарасовке?» – «Светиков нам сказал подписать со «Спартаком». – «Ах, этот толстый!...»

- Контракт в «Спартаке» отличался от того, что был в «Спортакадемклубе»?

– В «Спортакадемклубе» я получал тысячу рублей, а в «Спартаке» – четыреста долларов. Но раньше нам и тысячи хватало – мы ж на сборах на Кипре проводили по два месяца. Сидим себе и сидим на сборе – ну, иногда пойдем сопрем что-нибудь в магазине.

- Вас никогда не ловили?

– На Кипре поймали двух ребят – Сарсании пришлось отдавать за них в полицейском участке девять тысяч долларов. Там как получилось – ребята зашли в спортивный магазин, надели на себя что-то, сверху – свою одежду – и пошли. Потом увидели, что полицейский идет, и стали скидывать краденную одежду в мусорку. Так бы, может, ничего и не было бы, но полицейские увидели, как они раздеваются, и ребята попали. Их даже побили в участке. Эти два парня так и не раскрылись в футболе – один пришел из «Шахтера» и уехал потом на Украину, а второй откуда-то с периферии был, ушел потом в первую лигу.

- Ваша первая зарубежная поездка?

– С юношеской сборной России ездил на турнир в Бразилию. Мне было четырнадцать лет. Мы тогда как раз попали на карнавал в Рио-де-Жанейро. Тренер Смирнов разрешил нам сходить развеяться. Мы вышли в экипировке – местные нас радостно встречали, никто не обворовал. Потом купались в океане, накупили домой статуэток Христа.

- Сарсания в «Спортакадемклубе» был тренером или менеджером?

– Менеджером. Тренировал нас Лобков. Ужасный тренер. Нам по пятнадцать лет, а мы с мячом вообще не работали, только бегали. Приедем на какой-нибудь турнир – в первом тайме нас возят, проигрываем 0:3, а после перерыва выигрываем 6:3. Соперники падали, а мы, наоборот, разбегались.

- Зачем Лобков вас так изводил?

– Чтоб быстрее подготовить к продаже. «Спортакадемклуб» ориентировался на трансферы молодых игроков за рубеж. В футбол на тренировках почти не играли. Лобков еще злой был – вечно кидался в нас всем, что под руку попадалось. Как в армии, вообще жесть. Как же я радовался, когда попал к Романцеву!

У Иваныча нет беговой работы, все с мячом, но однажды он разозлился и дал нам максималку на тридцать минут. Мы минут пять пробежали, и Романцев остановил: «Берем мячи!» Никто бегать не хотел. «Бегать – не спартаковская тема», – сказал Романцев. А вот Вячеслав Грозный – наоборот. Когда Иваныч уезжал в сборную, Грозный заставлял нас бегать. Васек Баранов ему говорил: «Викторыч, мы чего, легкоатлеты, что ли?»

- С кем вы играли в «Спортакадемклубе»?

– Данишевский, Павленко, плюс ребята, которые в «Ювентус» уехали – Ильяс Зейтуллаев, Витек Будянский, Серега Коваленко.

- Павленко же тоже удалось продать?

– Да, они ездили в «Лозанну» с Андрюхой Поповым. Уже из «Лозанны» Павленко пришел в «Спартак». Он помоложе нас с Данишевским. По паспорту. А так нет.

- Он переделал себе паспорт?

– Да.

- Среди африканских легионеров «Спартака» попадались аналогичные случаи?

– Был один. Наши врачи его обследовали, увидели шрамы, рубцы, говорят: «Ему сорок лет». А по паспорту – двадцать пять. Не помню, как его звали – его в «Спартак» после такого медобследования, конечно, не взяли.

- «Спартак» за вами наблюдал до трансфера или просто агент Светиков привез в офис, и вас подписали?

– Нас смотрели в чемпионате Москвы. За «Спартак» в нашем возрасте выступали Самедов и Торбинский, но они тогда еще слабо играли, и в основу их подписывать не хотели, а нас с Данишевским забрали сразу. Вячеслав Грозный приехал: «Вот этих двух – к нам».

- «Спартак» вас сразу в основу взял?

– Тренировались с основой, но играли за дубль. А потом я в семнадцать лет вышел в премьер-лиге и стал чемпионом России.

- Как отмечали чемпионство?

– Золотые медали вручали в казино «Кристалл». Я чуть опоздал, все места уже заняты были. Меня посадили с певцами – Трубачом и Моисеевым. Говорю им: «А вы знаете, что моя любимая песня – «Лодочка плыви»? Вы с Сарухановым поете». – «Ну все, значит, пойдем петь сейчас». – «Да не, вы что». Но меня потащили на сцену – я оказался единственным игроком, кто пел в тот вечер.

- Как вас встретили ветераны «Спартака»?

– Нехотя. Больше всего нас не любил Ананко. Мы с Даней (Данишевским – Sports.ru) скоростные были, и Ананко нас постоянно лупил. Злился, что не может нас догнать – мы, пацаны, тогда еще не думали, только бегали. Обыграем Ананко, убежим, и он нас бил сразу. Потом он говорил про нас: «Да они нихера не умеют». Егор Титов с Димоном Парфеновым тоже встретили прохладно, но потом, когда все разбрелись по клубам, стали общаться как друзья.

- Баранов-то не мог прохладно встретить.

– Васек – да, веселый. На сборах чудил – кидал Кебе и Лоуренса Аджея в бассейн после тренажерных залов в Турции. Мы ж с Барановым на одном фланге играли. В последней игре 2001 года я сыграл рукой, «Локомотив» нам забил и мы проиграли. В перерыве сижу в раздевалке, сил нет. Романцев заходит: «Вась, ты Андрюхе-то помогай, назад возвращайся. Чего он за тебя носится, а ты бамбук куришь». Васек ему: «А чего мне возвращаться? Он и так справляется». А я чувствую – мне уже вилы.

- С Данишевским в скорости соревновались?

– Грозный устроил нам как-то соревнование – Лоуренс Аджей, Сонин и мы с Даней. Мы три раза бежали и три раза я приходил первым. Грозный думал, что Даня быстрее всех бежит. Но Даня бежит, когда разгонится, а короткие дистанции – не его.

- Вы общались с легионерами «Спартака»?

– Конечно. Меня просили помогать всем иностранцам, которые приезжали в «Спартак», – то туда свозить, то сюда. Сначала поселили в номере с Эссьеном Фло. Своеобразный парень – сыграли плохо, все расстроены, а ему по фигу, включает рэп и веселится. Мы с ним по-английски общались – я с ним как раз и учил язык. У него чуть ломанный английский – нигерийцы глотают окончания и их трудно понимать, приходится додумывать.

- Как чудил Кебе?

– Не любил врачей. Прятался от них в туалете. На тренировках заводился на ровном месте и начинал драться. Чуть его зацепишь – начинается. Он ото всех держался в стороне, только со мной общался. Потом мы с Кебе в «Анжи» играли – они и там зарубался с дагестанцами и грузинами.

- На вашей позиции в «Спартаке» играл Жерри-Кристиан Тчуйсе.

– Хотя я и играл на его позиции, Чуня меня все время подбадривал: «Андрюх, давай!» Здорово говорил по-русски, благодаря жене из Краснодара получил российское гражданство. Дружелюбный парень. Я, кстати, и сейчас общаюсь в фейсбуке со всеми иностранцами из «Спартака» – с Фло, Зоа, Кебе, бразильцами. Зоа написал как-то: «Прилетай ко мне в Камерун!» Я как посмотрел, сколько туда лететь, еще и прививки делать – ну их.

- Как проводили время с этими ребятами в Москве?

– С африканцами мы в клубах тусили – они там куролесили, а я у них переводчиком был. Один раз от скинхедов убегали в Парке Сокольники. Идем – я, Фло и Кебе. Смотрю: скинхеды бегут за нами. А Фло с Кебе смотрят на них спокойно. Я им: «Бежим!» Скинхеды аж до подъезда за нами неслись.

- «Спартак» делился на группировки?

– Да. В моей компании были Сонин, Павленко, Данишевский и Кудряшов. На тренировках мы всегда обыгрывали стариков, и они злились нереально. До драк доходило. Особенно с черными ветераны часто дрались. Африканцы-то безбашенные – прыгали с двух ног, и начиналась разборка.

- Чем Романцев удивлял?

– Он выпивать любил. Когда пьяный, черные очки наденет и сидит, чтоб не видно было. Играли однажды с «Торпедо». Романцев меня на замену вызвал: «Так, Андрюх, в нападение выходишь» – «Я вообще-то защитник». – «Да? Ну ладно». В итоге выпустил в полузащиту.

- Сычев и Жирков приезжали в «Спартак» при вас?

– Сычев три раза приезжал. Его дважды не брали, я ему говорил: «Не расстраивайся, еще вернешься». Юрец Жирков тогда слабенький был, только одной ногой играл, тренеров не впечатлил.

- В «Милан» вы все-таки поехали?

– Да, но позже. После Кубка Содружества приехал Франко Барези и пригласил меня еще раз. Мне было семнадцать лет. Когда я уезжал в «Милан», Шикунов с Червиченко сказали: «Если дадут полтора миллиона – отпустим». Я сыграл за «Милан» две товарищеские игры – отдал две голевые и два забил. Я вообще не отличался от игроков «Милана», потому что Романцев научил меня играть и в одно касание, и в два, и обводить. Ко мне подошел Сержиньо: «Ты из какого штата Бразилии?» Каха Каладзе, помогавший с переводом, объяснил ему: «Он не из Бразилии, он из «Спартака». Сержиньо: «Офигеть, а по технике и не скажешь».

- Первое впечатление от «Милана»?

– Как только приехал, жил два дня в доме у Барези, потом – на базе в Миланелло. Захожу в раздевалку – а навстречу Мальдини. Рядом со мной всегда были Каладзе и Кутузов – а вот Шева тогда травмирован был. Мы с ним встретились только на чьем-то дне рождения на катере. Еще запомнилось, что все тренировки «Милана» показывали по клубному телевидению. Возвращаешься в номер вечером и смотришь.

- Интересно жилось в Италии?

– По сравнению с Россией – скучно. Тренировка закончилась – я, Каха, Гаттузо, Руй Кошта ездили в кафешку. Они были с женами, брали винчико, ужинали – и все, больше там делать нечего. Молодежь «Милана», примавера, гуляла по клубам, а я не ходил, потому что общался с опытными игроками, а они не советовали мне соваться в клубы.

- Что вам говорил Анчелотти?

– «Не передерживай мяч, кидай Индзаги!» А он все время в офсайде бегал. Ну вот, так получилось, что я как раз Индзаги два голевых паса и отдал, а сам забил два мяча с передач Ибраима Ба. Товарищеские матчи играли с «Фиорентиной» и «Кьево».

- Что интересного Каладзе рассказывал?

– Говорил: «Тут ты можешь бухать и курить, никто ни за кем не смотрит». Гаттузо приезжал на тренировку на «феррари» с сигарой в зубах. Главное – кто как себя на поле показывает. В «Милане» намного проще играть – можно принять мяч, обвести кого-то. В России ты обыграл кого-то, а тот в тебя сзади как прыгнет. В «Милане» я играл правого линейного и мне не глядя давали передачи вперед, на ход, потому что знали, что я должен там быть. Если бы я там не оказался, тренер бы спросил – почему ты не там.

После двух игр Анчелотти меня вызвал и через Каху сказал: «Давай подписывать контракт». Сарсания передал это Червиченко с Шикуновым, но те изменили условия: «Пусть дают четыре миллиона». В итоге «Милан» за четыре миллиона купил Дарио Шимича.


Константин Сарсания и Дик Адвокат

- А вы?

– Поехал в «Ювентус» на одну игру. В «Юве» сказали: «Если он нам подойдет, мы дадим четыре миллиона». Я опять отдал две голевые передачи – в товарищеской игре с «Удинезе». Марчелло Липпи: «Нам все нравится. Но он же не Зидан, чтобы по одной игре его оценивать. Пусть еще приезжает». Сарсания ему: «Как он приедет? Он и так в Италию прилетел почти втихаря. Пришлось загранпаспорт менять, чтоб никто не узнал про эту поездку».

Я вернулся в «Спартак». Поругался с Романцевым, он меня зачехлил чуток – до поездки в Италию я постоянно играл за «Спартак» на сборах. Потом в дубль «Спартака» пришел Юран и сказал мне: «Андрюх, я поговорю с Иванычем – нормально все будет». Так Романцев вернул меня в «Спартак». Вызвал меня Иваныч: «Почему ты не хочешь играть в «Спартаке»? – «Да я хочу, просто у меня такой агент – он меня туда-сюда. Я ж не могу ему отказать». После сезона Сарсания говорит: «Я договорился с Курбаном – давай в «Рубин». Тогда я еще не соображал – агент говорил и я ехал. Надо было оставаться в «Спартаке».

- Червиченко с вами часто общался?

– Постоянно – и с Костей Сарсанией, и с батей моим. Червиченко просил, чтоб я не уезжал из «Спартака» в «Рубин», но «Спартак» не хотел подымать мне зарплату, а «Рубин» сделал нормальное по тем временам предложение. В итоге не продали в «Милан» за полтора миллиона, а продали в «Рубин» за четыреста тысяч. А я вместо четырехсот долларов в «Спартаке» стал получать пятнадцать тысяч долларов в «Рубине».

- Почему жалеете об уходе из «Спартака»?

– С тех пор почти каждый год менял клубы. Косте Сарсании это выгодно – он зарабатывал на этом. А Романцев ко мне очень хорошо относился – даже когда за ветеранов играл, брал меня, восемнадцатилетнего, с собой. Ему приятнее было с российскими футболистами работать, у иностранцев было несколько переводчиков, но бывало, что он долго объяснял им что-то, а они все равно не понимали.

- Почему вы завязали с футболом?

– Равиль Сабитов пригласил в «Даугаву» меня, Диму Половинчука, Серегу Яшина, Эльдара Мамаева. Стали чемпионами, но денег нам не заплатили. Мы обратились в УЕФА. Пока идет разбирательство, футболист не имеет права играть – а суд-то до сих пор идет. Мне только через два года после ухода из «Даугавы» прислали разрешение куда-то заявиться. А куда я заявлюсь после такого простоя? Во вторую лигу? Ездить по России на автобусе и убиваться за те же 60-100 тысяч рублей? Сильного желания нет.

- Много должны латыши?

– Тридцать тысяч евро. У меня и с Махачкалой была такая же ситуация – я уходил из «Анжи», а они меня не отпускали. Контракт заканчивался, приходил Сулик Керимов, он хотел меня видеть в команде, а Гаджиеву по фигу. Мы с ним не особо ладили. Меня пригласили в московское «Динамо», где были Костя Сарсания и Божович. Я подписал предварительный контракт, собирался лететь с «Динамо» на сборы, и меня сняли с самолета.

- Как так?

– В последний момент сказали: ты не летишь. Я позвонил Косте. Он: «Сейчас разберусь». Оказывается, его уволили из «Динамо», на его место пришел Виктор Панченко, который притащил другого правого защитника.

- Ваши действия?

– Тренер Брянска Александр Смирнов, узнав, что меня не взяли в «Динамо», позвал к себе. Кличка у Смирнова – Война, почему-то игроки его так прозвали. Но в Брянске я пробыл недолго. Как только Петраков там появился, я сразу ушел.

- Что с Петраковым не так?

– Он пришел и сказал, что ему нужно платить за то, чтобы я играл.

- Это первый раз в вашей карьере?

– Нет. В «Рубине» так же было.


- У Бердыева?

– Да, он со всех берет. Берет от контракта и от зарплаты. Когда я в «Рубин» пришел, мне еще девятнадцати не было, а до этого самым молодым был Андрюха Коновалов – он в свои тридцать лет всегда первым в квадрат заходил, потому что остальные были еще старше.

- Когда Бердыев сказал вам, что ему нужно платить за место в составе?

– Сразу, как только я контракт подписал. Он сказал Косте: «Как только ему выдадут сумму, надо отдать часть». Я говорю: «Не вопрос». Тренировался, сидел на теоретическим занятиях, но не играл ни за дубль, ни за основу. Звоню Косте: «Что за фигня?» – «Сейчас сумму получишь, отдашь ему и будешь играть». Я отдал деньги, но Бердыев меня все равно не выпускал. Ссылался на то, что я мягко играл на тренировке. Когда я начал играть жестко, Бердыев стал выгонять меня с тренировок. Там был Калисто, левый защитник, мы с ним зарубались, и из-за него меня Бердыев выгонял.

- Процент отдавали существенный?

– Приличный.

- Отдавали только российские игроки?

– Черногорец Радосав Булич рассказывал: «Первый раз такое вижу. Ко мне подходят и говорят, что надо платить тренеру. Такого нет в Европе». – «А тут так», – говорю.

- Чем еще Бердыев удивлял?

– Бердыев не запрещал игрокам тусоваться, мы постоянно собирались в ресторанах, и заняли третье место. На следующий год запретил – и «Рубин» упал. Потом опять разрешил – и «Рубин» четвертым стал. В «Спартаке», например, такого не было – чтоб вся команда отдыхала в одном месте, там ветераны считали себя великими и не общались с молодыми, а опытные игроки «Рубина» всегда звали меня с собой.

- Бердыев был кандидатом на место тренера «Спартака». Как к этому отнеслись?

– Если б Бердыев пришел в «Спартак» – был бы вообще пипец. У него чисто оборонительный стиль. На установках он делал акцент только на контратаки.

- Может, благодаря этому и удалось третье место занять в первый сезон в премьер-лиге?

– Благодаря этому и благодаря деньгам.

- Деньгам – на зарплаты своим игрокам?

– Нет, другой команде.

- В Татарстане вас отправляли в «Нефтехимик». Чем запомнилось то время?

– Они вылетали и нескольких человек из «Рубина» отправили спасать их. Я забил с центра поля «Балтике» юбилейный, семисотый гол «Нефтехимика», и мне подарили музыкальный центр и телевизор.

- Какие еще вам подарки делали?

– В Махачкале – телефон Vertu. Я увидел такой телефон у директора «Анжи» Ильяса Магомедова, и сказал: «Давай, если мы останемся в первой лиге – ты мне подаришь Vertu». – «Не вопрос». В итоге я забил, мы остались, и Ильяс подарил мне телефон – он долларов 500 стоил.

- Как вы уходили из «Рубина»?

– «Рубин» мне должен был сто пятьдесят тысяч долларов. И отказывался отпускать в другой клуб. Я предложил им: «Оставьте эти деньги себе, но дайте мне уйти». Меня из Казани вытаскивал Осман Кадиев, президент махачкалинского «Динамо», он был правой рукой Япончика. Договорились там как-то через бандитов, чтобы меня отпустили из «Рубина». Этот Осман дружил с президентом латвийского «Динабурга», куда я поехал набирать форму после травмы. А потом попал в «Анжи».

- Где жили в Махачкале?

– Пацаны на базе, а я – в городе. На базу-то ни с девушкой не приедешь, ничего. Правда, в городе я два раза подрался с местными – но потом подружился с этими же ребятами. В Махачкале у меня появилось много друзей – например, юморист Халил с СТС. Даже сейчас, когда дагестанцы приходят ко мне на прием в ФМС и видят на табличке мое имя, начинают болтать со мной про «Анжи».

- Из-за чего дрались в Махачкале?

– Девчонки, певицы, пригласили меня в клуб. Местные все в черном, а я приехал – как москвич. Ко мне один подходит, пьяный в лабуды: «Ты нам не нравишься. Чего ты тут делаешь?» – «В смысле?» – «Ты знаешь, кто я?» – «Да мне по барабану». – «Я борец». А сам бухой в хлам. Говорит: «Пойдем выйдем на улицу». Он спустился, развернулся – и хочет меня ударить. Я ему с ноги засадил. Охранник прибежал: «Что случилось?» – «Со ступеньки упал пьяный», – говорю. Скорая приехала, нашатырь ему дала, прибежали его друзья. Я позвонил нашей охране: «У меня проблемы, приезжайте». Охрана приехала, всех повалила: «Вы чего, не знали, что это футболист «Анжи»?» – «Да он нам не сказал». С тех пор мы подружились. А второй раз я вместе с этими ребятами дрался против других.

- На поле дрались когда-нибудь?

– В Латвии со «Сконто» играли. Двое толкались, подбежал их игрок, ударил сзади нашего – и понеслась. Была основная куча-мала, а мы с вратарем в другом месте дрались. Меня сначала не удалили с поля, а потом дали дисквалификацию на семь игр. А в «Анжи» я однажды с Омари Тетрадзе подрался.


Андрей Стрельцов и Иван Саенко

- Как так?

– В команде было девять грузин. Тетрадзе сказал: «Когда вместе собираемся, на грузинском чтоб никто не разговаривал». Но они его не послушались и стали говорить по-своему. Я подошел к Тетрадзе: «Мы же договаривались. Они ведь и на поле по-грузински говорят». – «Это не твое дело». Играли потом с «Камазом». Я забил красивый гол – мяч прилетел с левого фланга и я с лета пробил. 1:0, а потом два пропустили и ушли на перерыв с 1:2. В раздевалке – грузинская речь, потом Тетрадзе попер на дагестанцев. Я ему: «Вы чего, ваши грузины Ходжава и Арзиани вообще не бегают, пешком ходят». – «Ты чего, мля?!» И мы с ним, короче, сцепились. Тетрадзе: «Ты у меня вообще больше играть не будешь?» Потом болельщики пришли к президенту «Анжи» Магомедову, а он вообще не в курсе, что меня отстранили. Магомедов подошел к Тетрадзе: «Здесь я буду решать, кто играет, а кто нет».

Тетрадзе меня не любил, но выпускал. Причем заставлял бегать от своей штанги до чужой – и еще жаловался, что я не замыкаю. Говорил ему: «Михалыч, вы же сами крайним защитником играли и нихера не бегали. Как в атаке что-то создать, если сил уже нет?» Прибежал в атаку – тебе не дали пас, ты вернулся, у тебя пульс двести и тебе надо опять бежать вперед.

- Тетрадзе два раза выводил команды из ФНЛ, но ему не давали поработать в премьер-лиге. Почему?

– Из первой и второй лиги можно вывести кого угодно. Там ты деньгами решил вопрос, а в премьер-лиге играть надо.

- Грузинских игроков поставлял один человек?

– Мамука. Он всегда был рядом с «Анжи» и решал, кто выходит на поле, а кто нет. Мамука говорил мне: «Подпиши со мной контракт и будешь играть». – «Пошел ты».

- Как вы оказались во владивостокском «Луче»?

– Я судился с «Анжи» в КДК, опять мне Осман помог, а потом перешел в «Луч». Тренером «Луча» был Зоран Вулич – он знал, в каких клубах я играл, спрашивал меня о тренировках в «Спартаке» и «Милане». А потом я получил травму, команду улетела на игру, а я пошел в клубы – не бухал, а просто с девчонками отдохнул. Вуличу это не понравилось, он меня отодвинул. Вулича сменил Семен Альтман, он и вернул меня в команду. С Вуличем мы тренировались раз в день, а Альтман решил сделать еще и утреннюю тренировку – в пять утра по Москве. Все засыпали. Первый месяц во Владивостоке даже дышать тяжело было.

- Как вы перелеты переносили?

– Сначала трудно, потом начали со стюардессами знакомиться – и нормально.

- С кем подружились в «Луче»?

– С Виталиком Булыгой каждый день куда-нибудь ездили. Весело было. Я к нему и сейчас езжу отдыхать в Минск.

- В «Химки» из «Луча» вас Сарсания пригласил?

– Да. Однажды его попросили в интервью составить свою сборную мечты, и он меня написал правым защитником. В середину Тимощука поставил, в защиту Ломбертса с Крижанацем.

- После «Химок» какое у вас впечатление от Сарсании: тренерство – это его?

– Нет. Его призвание – менеджер. Тренировки он вообще не умеет проводить. Взял программу какого-то француза и работает только по ней, не вносил никакого своеобразия. Костя спрашивал у моего бати: «Что ребята говорят про мои тренировки?» – «Да говорят – хрень ты даешь какую-то».

- Самый безумный матч в вашей карьере?

– Поехали с «Химками» в Нальчик в 2009 году. До прихода Сарсании, в предыдущем сезоне нальчикский «Спартак» договорился с «Химками», что они отдадут им очки. Руководство сменилось и, когда Нальчик напомнил про долг, Костя ответил: «Чего это мы должны вам очки отдавать? Вы договаривались с предыдущим руководством. Очки нам и самим нужны». Прилетели – а нас даже автобус не встретил. Добирались на попутках, кто на чем, приехали за полчаса до игры, переоделись – и сразу на поле. Причем сначала на поле вышло только десять человек, все остальные не успели к началу матча. Сыграли вничью – нальчикское руководство бушевало, добираться в аэропорт нам опять пришлось своими силами. Местные кавказцы на своих пятерках и шестерках развозили нас по группам.

- В «Зенит» вы приезжали дважды?

– Да, первый раз к Петржеле, но у меня тогда травма была – хрящ воспалился над коленом и ногу согнуть было нереально. Даже уколы не помогали, так и не смог тогда на сборах сыграть. После «Анжи» опять приехал на просмотр в «Зенит» – к Адвокату. На сборах в Эмиратах я играл по всей бровке – и сзади, и в атаке. Адвокат говорил: «Не трать силы». Я отвечал: «Да у меня много сил». А Влад Радимов так привык к моим подключениям, что кричал мне, получая мяч: «Стрел, беги!».

«Анжи» просил за меня у «Зенита» четыре миллиона. Адвокат сказал: «Я его возьму, но он будет вторым после Анюкова на месте правого защитника». Но руководство «Зенита» решило: «Зачем нам запасной за такие деньги?»

- Вас же приглашали в сборную России?

– Дважды приходил вызов (когда я был в «Анжи» и «Химках»), но из-за травмы я оба раза не мог поехать.

- Почему у вас с Гаджиевым не сложились отношения?

– Когда он тренировал «Крылья», ему предложили посмотреть на меня после травмы. «Куда я его возьму? Он не готов». Потом я в «Анжи» пришел, рассказал ему про ту историю, а он меня даже не запомнил. Из-за этого и была напряженность – он меня не хотел, а его помощник Андрюха Гусин говорил, что меня нужно ставить. Тренировки-то в «Анжи» все Гусин проводил. Гаджиев тренировки смотрел по телевизору – так ему было лучше видно.

Еще был случай – играли с «Динамо». Я с двух метров не попал в ворота и в «Спорт-Экспрессе» написали: «Друг Сарсании простил команду Сарсании».

- Сарсания оставался вашим агентом до конца карьеры?

– После «Рубина» я с ним уже перестал общаться. Он просто звонил: «Давай сюда, давай туда». Только хуже мне делал. Отец с ним работает до сих пор, потому что очень верный. Его и Смоленцев звал в «Монако» – не идет.

- Где у вас была самая большая зарплата?

– Во Владивостоке. Там и премиальные большие были. Однажды за домашнюю ничью с «Динамо» каждому дали по двадцать тысяч долларов. С «Зенитом» сыграли вничью во время наводнения, когда водное поло было, а не футбол – получили по двадцать пять.


- Чем вы сейчас занимаетесь?

– Закончил с футболом три года назад, пару лет путешествовал, раньше-то не было времени. Бали, Мальдивы – скучно, лежишь, как амеба, а мне нравится под водой поплавать, на гидроцикле погонять.

Уже больше полугода работаю в ФМС – службе, без которой не обходится ни один человек. Все звонят – просят помочь с гражданством. Директор «Монако» Евгений Смоленцев на днях просил одному украинскому игроку помочь сделать гражданство РФ, потому что его хочет купить российский клуб. Еще играю на «Янтаре» в хоккей с актерами. Башаров, Иншаков, Матросов, Мерзликин. В эту команду меня привел Максим Коновалов из «Бумера» – у нас общий знакомый в Тамбове. Лучше всех из артистов в хоккей играет Марат Башаров, он раньше профессионально занимался.

- Где познакомились с женой?

– В Латвии. Жена – латышка. У сына двойное гражданство.

- Кроме ФМС вас куда-то приглашали?

– Захожу как-то в офис «Скайлинка» на улице 1905 года, а там Колюха Писарев сидит. «Давай ко мне – в сборную России по пляжному футболу». – «Не, не мое». Я тогда еще в Брянске играл.

Еще я хотел открыть в Химках свою школу. У меня здесь были друзья в администрации. Замгубернатора предлагал открыть школу, но не успели – его уволили, хотя он десять лет тут проработал.

- А вариант с ФМС как возник?

– У меня много друзей в органах. Всегда предлагали: «Как закончишь – приходи работать в милицию». Но у меня нет юридического образования, а в ФМС оно особо не требуется, только начальнику. Я работаю заместителем начальника. В день проходит по триста человек – каждый со своим негативом, паспорта, гражданства, вид на жительство, устаешь больше, чем после тренировок. Зайдет какой-нибудь энергетический вампир – и все, после него вообще не можешь работать. В нашем районе – двести тысяч, а в нашем кабинете – четыре человека.

Олег Иванов недавно заходил. Ему детей надо было вписать в паспорт. Говорит: «Вызвали в сборную – наверно, для галочки». – «Да ладно, будешь играть». Говорю ему: «Мы в наше время по ФМС не бегали – нам все так делали».

Денис Романцов


Источник: sports.ru
Новость добавил: Duc37





оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи!

число комментариев:  9

Возврат к списку


0 / 0
Semen1986
Блин чуть ли не лучший игрок в истории.... а мнение какое о себе.....может он и был перспективным, и в товарниках с лёту забивал, но на поле это был средний футболист..
0 / 0
sota73111
Кто это ёптыть? Что за чудо нарисовалось? У нас что жёлтый сайт ? Нахрена это тут?
0 / 0
ProSPAM
Оказывается был такой великий игрок. А я его даже не заметил(
1 / 0
rovad
Я этого чувака вообще не помню, кто это?
Романцев бухать любил - ну сейчас каждый первый своим долгом считает про это сказать. Но ведь научил же "бухой" Романцев играть в касание. А сейчас ни один трезвый не может научить.
1 / 0
Bat
Кто это?! Точнее про кого это и о чем он это?
0 / 1
joseph
 А мне было интересно. Особенно про Берды Бекиевича.
2 / 1
Ушаныч
Жаль,что не взяли Бикеича...Некоторые инвалиды,находящиеся в команде,однозначно должны приплачивать за попадание в состав!
0 / 1
MAXSM
тотал, А если не врёт?))
1 / 0
тотал
Не понимаю, зачем пиарить это чмо. Имею ввиду автора. Явно врёт с целью стать известным.


Хоккейный клуб "Спартак"
Отчеты о выездах
Фото дубля
Друзья
Партнеры
Случайное фото
zenit-Spartak-64.jpg
Следующая игра
март 2020
динамо Спартак Москва
ВТБ Арена
начало матча в --:--
9 марта 2020
Текстильщтк Спартак Москва
начало матча в --:--
7 декабря 2019
Спартак Москва Ростов
Академия "Спартак"
начало матча в 14:00
9 декабря 2019
Йокерит Спартак Москва
«Хартвалл Арена»
начало матча в 19:30
8 декабря 2019
Спартак Москва Локомотив
Воскресенск
начало матча в 13:00
март 2020
Россия
?
начало матча в --:--
Виджет для яндекса
Наши кнопочки

или:

Спартак - фото, видео и отчеты с выездов - RedWhite.Ru