Формально в статистике Черенкова значится ещё одна игра за сборную – через месяц, 25 апреля 1990 года, против Ирландии. Но там он уже поучаствовал символически – вышел на пятнадцать последних минут. Да к тому же игрался матч в Дублине, перед чужими трибунами. А 28 марта Черенков провёл на поле все полтора часа и на глазах своей аудитории. Получается, с болельщиками сборной он попрощался именно в тот день. Хотя, конечно, тогда никто не знал, что это прощание.

В ходе подготовки к итальянскому ЧМ-1990 сборная СССР проводила в Киеве контрольную встречу с голландцами, действующими чемпионами Европы. Правда, состав оранжевой сборной с 1988-го изменился, но капитаном, например, всё равно оставался один из лидеров той шикарной команды Рональд Куман. В рядах советской сборной после серебра Евро-1988 тоже появлялись новички. Одного из них, Александра Бородюка, в начале игры сбили в штрафной гостей, и после пенальти счёт был открыт. А роскошную передачу на полполя, благодаря которой и была вскрыта голландская оборона, выполнил как раз Черенков. Получилось, что художник оставил на память публике свой фамильный росчерк. Гляньте, как это было: Фёдор под номером 9.

Но почему же Черенков закончил со сборной в такой неподходящий момент? Почему не доехал до Италии? Почему вообще ни разу не сыграл в финальных турнирах чемпионатов мира и Европы? Его действительно задушил Лобановский? 

Вокруг взаимоотношений двух этих фигур в своё время выросло немало мифов, в которые стоит вникнуть.

Даже кто не застал Валерия Лобановского в деле, наверняка в курсе, в чём его главная заслуга перед футболом. В переводе отрасли на научную основу. Одним из самых любимых в его лексиконе было слово «программа». Он ничего не делал спонтанно, на всякий случай, просто так – все шаги скрупулёзно просчитывались. Мог ли такой человек настойчиво наигрывать Черенкова, если в итоге не собирался брать его на чемпионат мира?

Тот мартовский матч против голландцев был для сборной СССР в 1990 году уже 14-м. Почти весь февраль команда провела в режиме сборов, которые начались в Италии, где в качестве спарринг-партнёров выступали клубы разных лиг, а потом переместились в США, где уже пришло время встреч для реестра ФИФА (против сборных Колумбии, Коста-Рики и США). Так вот, из 14-ти матчей Черенков пропустил только один, да и то потому, что в тот день команда сыграла дважды разными составами. Это похоже на поведение тренера-душителя?

Всё было гораздо прозаичней: Фёдор, увы, к лету 1990-го оказался далёк от своих лучших кондиций, и именно потому не попал на чемпионат мира. Сам он уже позже рассказывал, что после ударного сезона-1989 был внутренне истощён и на следующий год искал способы просто вернуть желание играть в футбол. Показательно, что 12-ти турах чемпионата страны, прошедших до ЧМ-1990, Черенков не забил за «Спартак» ни одного гола. Тогда как в предыдущем сезоне отметился в протоколе семь раз.

Конечно, это был игрок не того формата, который стоит мерить одной результативностью, однако голы вполне можно считать индикатором его тонуса. Так вот, нечётные и чётные годы в этом смысле заметно отличались, особенно после 1983-го, который подорвал его здоровье. Вот цифры голов Черенкова в чемпионатах страны. 1983 и 1984 – 10 и 8. 1985 и 1986 – 13 и 8. 1987 и 1988 – 12 и 3. 1989 и 1990 – 7 и 1. Картина выразительная. Словно в одном сезоне Фёдор выплёскивался, а в другом восстанавливался. К сожалению для него, финальные турниры чемпионатов мира и Европы проводились в чётные годы.

* * *

Широкое хождение имеет версия, что очень некстати для Фёдора случилась тренерская перестановка перед ЧМ-1986. Мол, в отличие от Лобановского, Эдуард Малофеев его любил, а потому у него Черенков в Мексике обязательно играл бы. Однако обращение к фактам снова порождает немалые сомнения.

По ходу подготовки к тому чемпионату мира игровое время Черенкова в сборной Малофеева имело вполне очевидную тенденцию. В самом первом матче 1986 года, январском против Испании, – 60 минут (стартовый состав). В февральском против Мексики – 25 минут (выход на замену). В мартовском против Англии – 0 минут. В апрельском против Румынии – 40 минут (стартовый состав). В майском против Финляндии – 0 минут. Из чего следует, что у Малофеева Фёдор был бы в Мексике основным игроком?

«Спартаку» старт того сезона не удался, весной команда Бескова проигрывала чаще, чем побеждала, а потому обреталась где-то в низах турнирной таблицы. А Черенков свой первый гол забил только в десятом матче своего клуба, когда очередь дошла до Кутаиси, откровенного аутсайдера. И как раз по причине недостаточно хорошей готовности сборная в том году и не ставила на Фёдора – что у одного тренера, что у другого.

Это в 1985-м году Черенков у Малофеева в сборной играл постоянно. Но в 1984-м, например, не провёл ни одного матча. Где же тогда были тренерские симпатии? И куда они подевались в 1986-м?

Если всё объяснять одними эмоциями, то больше всех Черенкова любил тот тренер сборной, который работал в 1983-м. Потому что как раз в том году Фёдор провёл в сборной наибольшее количество игр – 12. Столько же было и в 1980-м, но тогда хватало неполных игр, а через три года случилась лишь одна замена, в ничего не значащем матче. Так вот, в 1983-м сборной руководил Лобановский. Как-то не согласуется с привычными представлениями о душителях и вдохновителях, не так ли?

Кстати, одним из лучших для себя в сборной сам Фёдор называл матч именно того сезона – домашний против Португалии (5:0).

* * *

Часто под взаимоотношения Черенкова и Лобановского подводят идеологическую основу. Мол, один был воплощением всего душевного и творческого, а другой – механистичного и бессердечного. И по этой причине, дескать, они и не могли существовать вместе.

Конечно, спартаковская философия отличалась от киевской. Однако это совсем не значит, что Лобановский отвергал творцов. В 1983-м, например, у него в сборной играл не только Черенков, но и Юрий Гаврилов. А ещё Хорен Оганесян – тоже художник будь здоров. На самом деле Лобановский творцов не отвергал. Просто ему были нужны творцы-труженики. В его командах пахать должны были все, в том числе натуры самые тонкие. Если сегодня ты не готов к объёмам, на поле тебе места нет – для Лобановского это была аксиома. И, допустим, Александр Заваров поднялся в разряд суперзвёзд тогда, когда изжил в себе привычку играть на чистых мячах. К слову, этот человек – ещё одна причина того, что Черенков сыграл в сборной меньше, чем мог бы. Они были мастерами одного типажа, вдвоём на поле совмещались с трудом, Лобановскому приходилось выбирать, и, как любой другой, он выбирал того, кого сам готовил в клубе.

Наконец, ещё одним фактором было здоровье Черенкова. Когда он играл, о его проблемах вслух не говорили, отчего в массах и возникали искажённые трактовки. Сам Фёдор про себя всё, разумеется, знал, а потому и своё отсутствие на больших турнирах объяснял в формулировках, которые были тогда возможны:

– Не знаю, слухи ходили, что медицинская комиссия якобы писала, что я долгое время не могу работать на сборах. А длительные сборы — это же конёк Лобановского…

* * *

Безусловно, чемпионаты мира и Европы были драмой гения. Но ведь не только эти турниры – вся его судьба была драмой. И написал её отнюдь не Лобановский.

* * *

28 марта 1990. Товарищеский матч. Киев. Республиканский стадион. 85000 зрителей.

Судья: Шандор Пуль (Венгрия).

СССР: Дасаев (к), Горлукович, Хидиятуллин, Кузнецов, Родионов (Яковенко, 46), Рац, Алейников (Зыгмантович, 46), Литовченко, Черенков, Протасов (Лютый, 61), Бородюк. Тренер: Валерий Лобановский.

Голландия: ван Брёкелен, Стуринг, Рютьес, Р. Куман (к), Фрезер, Воутерс, Витчге, ван Схип (Лаамерс, 81), Босман (ван Лаун, 55), Кифт, Пеепер (Эйкелькамп, 25). Тренер: Нол де Рёйтер.

Голы: Протасов (10, с пенальти), Куман (69, с пенальти), Лютый (80).

оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи!