ФАН-ДВИЖЕНИЮ «СПАРТАКА» – 40 ЛЕТ. Красно-белый движ начался в 1972‑м – в тот год болельщики образовали первую «кучу». Сорокалетие «кучи» справляли в яхт-клубе на Пироговке.

ЗДОРОВО, ПРАВОСЛАВНЫЕ!

Гостей ждали красно-белые знамена и баннер «Жена, я в командировке!». Рядом в шатре с видом на водохранилище и припаркованные яхты бармен без устали разливал пиво по пластиковым стаканам. Взяв один, я влился в коллектив.
Народ толпился около стены с фотографиями. Тыча пальцем в лица, кто-то угадывал: «Паша Ларин, Ильдус, Валера Шамыч»… Вдруг стена начала заваливаться на зрителей. «Неужели окосел после двух глотков?» – подумалось мне, но тут стена пошла в другую сторону. Она была натяжной и ходила под ветром…
«А вон Чика!» – раздался чей-то голос.
Пришествие Чики стало сродни явлению Христа народу: батюшка Алексий, в миру Алексей Чикмарев, он же Чика, предстал с огромной бородой, в рясе и с фотоаппаратом через плечо. От прежнего Чики остался только «хайер» – длинные волосы, из-за которых в 1970‑е годы не пускали в школу (например, в нашей в Сокольниках на входе стояла директриса и указательным перстом направляла прочь – в парикмахерскую).
«Здорово, православные!» – крикнул Чика. Оказалось, не только «хайер», но и голос у него прежний. Народ бросился обниматься, бить друг друга по плечам и спине, кто-то повязал на шею Чике красно-белый шарф…
Собирались и футболисты 1970‑х. Резво пробежал Олег Иванович. «Он в форме! – шепнул кто-то уважительно. – Только что купался – уплыл за буйки». Сидел со стаканом Юрий Гаврилов. «Василич в форме!». Неделю назад Гаврилов сыграл за болельщиков в турнире – забил пару голов. Женя Сидоров подписывал старые программки – их была целая пачка.
«Же-е-еня Ло-о-овчев!» – затянул народ, как в 1970‑х, приветствуя Серафимыча.

ДЛЯ ТЕХ, КТО ВЕРИТ В ЖИЗНЬ НА НЕБЕ…

Командует парадом Володя Гришин (Майор), под фанфары вызывая героев минувших дней. Чика двинул речь: «Для тех, кто верит в жизнь ТАМ, скажу, что и ТАМ мы наверняка встретимся и поболеем за «Спартак»!». Вадик (Мосфильм), отец двенадцати (!) детей: «Ребята, догоняйте… Спартачей нужно побольше!» («Тебя догонишь… Настрогал целую команду!» – реплика из зала).
«Же-е-еня Ло-о-овчев!» – снова затянули болельщики.
– Помню матч в Минске в 1977‑м, – взял слово Ловчев. – Сидим в гостинице. Под окнами что-то происходит. Смотрим, выстраиваются колонны и топают на стадион. Для нас это было шоком! Матч проиграли, первый круг заканчивается – пятое место. А ребята пришли к поезду и стали нас успокаивать. Может быть, их поддержка и позволила нам во втором круге подняться и вернуться в высшую лигу.
Сказали теплые слова Николай Киселев, Сергей Рожков, Юрий Дарвин, Виктор Самохин, Юрий Гаврилов, Олег Романцев, Евгений Сидоров, Сергей Шавло, Вячеслав Егорович, Валерий Зенков…
Официальная часть закончилась, и я отлавливаю юбиляров поодиночке.

ПОЧЕМУ 1972‑й…

Майор: В том году ребята впервые объединились, как тогда говорили, в «кучу». Саша Заплата, Толик Хафизов, Ильдус Сокольники, Коля Сапего, Серега Елин… Многих уже нет. Они впервые начали болеть, как в Европе. В то время на стадионах было довольно спокойно. Продавали пиво, люди сидели, горлопанили…
Болельщик Юра: В 1970‑м я ушел в армию, вернулся в 1972‑м. Смотрю, на футболе что-то не то… Раньше кричали стандартно: «Шайбу, шайбу!», «Судью – на мыло!», а тут: «Дави конюшню!». В те годы в «Лужниках» после матча выключали свет – экономили электричество. И на Южной трибуне люди начали жечь газеты. Милиция гоняла. В 1969‑м такого не было.
Майор: В 1973‑м в «куче» было человек двести. Собирались на южной трибуне. Милиция проверяла билеты и разгоняла всех по своим местам. «Мы не в Чили!» – дружно скандировал народ. Пока милиция разгонит в одном месте, мы переходили на другое и кричали: «Спартак», все сюда!». Так «куча» и мигрировала по всей южной. В газетах писали разную ерунду: «Мальчики в красно-белых шарфах, агенты иностранных разведок, негодяи».

ПЕРВЫЙ ШАРФ

Первым в шарфе пришел на матч против «Днепра» 10 октября 1975 года Александр Гуренков (Заплата).
Заплата: В СССР продавали журналы, выпущенные в соцстранах, – «Стадион», «Старт», «Темпо»… Там на снимках были люди с флагами, с шарфами. Я смотрел и думал, почему у нас так нельзя. Однажды попросил маму связать мне красно-белый шарф.
Майор: Когда Заплата пришел в красно-белом шарфе, все обалдели. На следующем матче – уже десятки шарфов. В то время было трудно достать пряжу. Я искал по всей Москве. Мне бабушка связала шарф длиной больше метра.
Чика: А мне мама – двухметровый!
Мосфильм: У меня сначала тоже шарф вязанный был. А потом купил в магазине красно-белый, но с полосками вдоль, производства ГДР. Редкая удача!

ПЕРВЫЕ ФЛАГИ

Майор: Флаги доставали, где только можно. В 1978‑м женская баскетбольная команда «Спартак» впервые стала чемпионом СССР. Играла в Люберцах. Я случайно узнал и созвал всех друзей. На матчи началось паломничество по 200–300–500 человек! Во многом благодаря нам они стали чемпионками, ведь на женский баскетбол тогда никто не ходил. Обыгрывали всех! А во Дворце спорта в каждом углу были воткнуты по три спартаковских флага. После матчей не оставалось ни одного – нам они были нужны для футбола! Однажды директор дворца взмолился: «Мужики, не воруйте знамена, ради бога!».
Как-то осенью после очередных посиделок в «Сирени» (пивная в Сокольниках. – Прим. авт.) кто-то предложил: «Пойдемте в манеж братьев Знаменских за флагами». Там сторожила старушка – божий одуванчик. Стучимся: «Бабка, открывай!» – «Что такое, мальчики?». – «Бесков сказал собрать все флаги и привезти в Тарасовку». Она открыла, мы собрали флаги и ушли (смеется).

ПЕРВЫЙ ВЫЕЗД

Первый выезд фанатиков 24 июня 1977 года в Минск организовал Сергей Митяков.
Сергей Митяков: Добыть автобус было проблемой номер один. Стоило рублей семьсот, да еще нужно было поискать. Пришел в туристическое агентство. Спросили, зачем мне автобус. Сказал, что женюсь, невеста из Белоруссии, везу туда гостей. Спонтанно идея в голову пришла! Послали в автоколонну. А там замначальника – болельщик «Спартака». Ему я честно рассказал, зачем мне автобус. Он пообещал выделить самого хорошего водителя. И сдержал слово – прислал красный, с белой полосой «Икарус», хотя там все были вишневого цвета.
Вечером от «Ждановской» отъехали 45 человек, и еще 150 нас провожали. Взяли с собой пивка для рывка, водочки для обводочки… В шесть утра въезжаем в Минск. Суббота, город спит и вдруг – «московский «Спартак»!».
Проиграли – 0:1. После матча в автобус пришел Николай Петрович Старостин. Минут сорок сидел, ответил на все вопросы. Ребята сказали: «Николай Петрович, вот этот человек организовал выезд». Он пожал мне руку: «Молодой человек, вы сделали великое дело!». Я эту руку неделю не мыл (смеется). А обратно мы прихватили штук пять минчанок (смеется). До «Ждановской» довезли, а там уже не знаю, что с ними дальше было…

СУББОТНИК В ТАРАСОВКЕ

Мосфильм: После каждого матча
«Спартака» договаривались: завтра в 11 часов сбор под табло на Ярославском вокзале. Ехали в Тарасовку человек 100–200. Тогда забора вокруг базы не было, пропускали без проблем. Команда не напрягалась. Чествовали, когда они выходили на тренировку, помогали нести мячи, играли в футбол (Николай Петрович мяч давал), купались в Клязьме, пили портвейн… Мишу Булгакова любили безмерно. Жора Ярцев выходил в бинтах, пахнущий мазью Зеленина, но всегда говорил доброе слово. Не было у игроков никакого снобизма…
А однажды приехали в Тарасовку, а нам говорят: субботник. Прекрасно! Удивительно было наблюдать, как самые отчаянные отморозки граблями собирали листву… Помню, в тот день кто-то привез целый ящик бракованных сигарет с фабрики «Дукат» – россыпью. И мы дружно курили с руководством «Спартака», с персоналом…

ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО

– Батюшка, себя узнаете на фото? – спрашиваю Чикмарева.
– Конечно, 6 ноября 1976 года, Тарасовка. Команда вылетела из высшей лиги. Помню, на встрече была ругань, но я выступил: мы все равно будем болеть за «Спартак»!
– Тогда милиция вас гоняла, было за что?
– Конечно, раздражало, что мы собирались. Доставалось. Мы даже открытое письмо в 1976‑м написали начальнику 135‑го, лужниковского, отделения Москвы: почему такое отношение? Хотя в движении были хулиганы – громили вагоны метро…
– Отец Алексий, сами-то, извиняюсь, по шее не получали?
– Нет. Но был случай. В 1978‑м в Питере после матча я отбился от своих. Местные болельщики меня узнали и взяли в кольцо. Чудом удалось перепрыгнуть чуть ли не через головы. Когда бежал по аллее имени Кирова, прохожие пытались ударить меня по спине. Потом кто-то поставил подножку. Я упал и прикатился по асфальту прямо к колонне милиционеров.
– Как стали священником? Резкий поворот…
– Путь к вере достаточно сокровенный… В 26 лет крестился. Но от «Спартака», как видите, не отошел. Иногда и сейчас выбираюсь на футбол. Но в таком виде появление на стадионе немножко… нестандартно, что ли…

КАК СПАРТАНЦЫ

Мосфильм: В 1978‑м на матч с «Зенитом» выехали большим десантом. Питер обалдел. Прозвали нас мухоморами. После матча, как полагается, – драка. Отбились. Большая часть наших убежала вперед, а мы почему-то притормозили. Нас окружили. Их – тысяча, нас – человек тридцать-сорок. Встали в круг, как спартанцы. Мелких загнали в центр. «Отдайте флаги и идите с миром!» – «Нет, ребята, ляжем, но флаги не отдадим!». Хорошо, кавалерия прискакала, милиция то есть, – спасли нас.
Майор: В 1979‑м в Минск приехали человек триста. «Спартак» выиграл – 2:1. Вышли со стадиона на площадь – она забита местными. Начались какие-то «бычки», слово за слово. И Рифат Сибатуллин, учитель, крикнул: «Снимай знамена – и с пиками наперевес!». Так и сделали. И погнали тысячную толпу! Но допустили стратегическую ошибку: надо было гнать до конца, покинуть площадь и убегать по проспекту, а мы остановились. На площади укладывали асфальт – кучи со щебенкой. Местные начали ее кидать. Неба не было видно от камней! Оставалось одно – сваливать кто куда. Бежим по парку, мужики пьют водку. «Парни, что такое?» – «За нами гонятся!». Они нас и спасли: остановили толпу, кому-то в нюх заехали. Потом мы на трамвае проезжали мимо той площади: кругом – камни, десяток машин «скорой помощи». Много голов пробитых было…
«ВЕДЬ ЭТО НАШИ ЛЮДИ!»
Майор: 1979 год, матч в Ленинграде. Обстановка дошла до точки кипения, к тому же «Спартак» выигрывал (Женя Сидоров забил). Злые ленинградцы хотели нас порвать на тысячу мелких москвичей. Валера Шамычев каким-то образом пробрался на беговую дорожку к Николаю Петровичу Старостину и попросил помочь. Николай Петрович переговорил с милицией, и после матча нас сразу проводили вниз и посадили в автобус команды. Бесков увидел и спросил: «Николай Петрович, вы что делаете? Забыли, что они устроили нам на ЦУСКе?».
А недели за две до этого на гаревом поле Центрального учебного спортивного комбината дубль «Спартака» играл с «Черноморцем». Собралось две сотни болельщиков, один милиционер… Когда «Спартак» начал проигрывать – 0:1, 0:2, народу стало скучновато. Кто-то поджег помойку, находившуюся рядом с полем. Все заволокло едким дымом. А когда счет стал 0:3, нервы не выдержали. Ребята пошли за ворота «Черноморца», взяли мячи, вышли на поле и начали забивать голы. Все болельщики орали: «Го-о-ол!». Судья кое-как довел матч до конца…
И вот Бесков спрашивает: «Забыли?». Николай Петрович отвечает: «Константин Иванович, но ведь это НАШИ люди!». Мы кое-как поместились сзади – человек тридцать сидели друг у друга на коленках. А когда футболисты зашли, это было счастье! Вывезли нас и высадили около метро… Все поехали в Москву, а я, Егай и Сельтер двинули сразу в Минск. Так состоялся первый «двойник» – двойной выезд.

ШАШЛЫК НА ПОЛЕ

Забор в Тарасовке поставили при Романцеве. Я поинтересовался у Олега Ивановича, зачем.
– К сожалению, в движение болельщиков (не только наших) начали внедряться… безбашенные. Эти горе-болельщики прямо на поле в Тарасовке стали шашлыки жарить! С бабами приезжали. Мы их с милицией выгоняли. А настоящих болельщиков мы любили, считали лучшими в мире. Их поддержка на выезде еще как помогала! Выходишь из раздевалки и ищешь, где на трибуне торчит наш красный клочочек. Сразу приятнее на душе!

СИЛЬНО НЕ БИЛИ…

Пока я вел беседы, кто как умел возвращался в молодость. Кто-то играл в настольный теннис, с хохотом гоняясь за шариком. Кто-то купался, белея задницей в волнах, как когда-то в речке под Тарасовкой. Кто-то нашел «спарринга» и толкал его в грудь…
Майор: Когда люди объединяются, им надо найти оппонента. Для нас такими противниками стали армейцы. Киев далеко. У московского «Динамо» движения не было. А болельщики ЦСКА начали организовываться в 1977‑м, когда «Спартак» был в первой лиге. Первый их шарф я с удивлением увидел в 1978‑м. Спешил на матч на Песчанку, решил пройти дворами. Забегаю в арку, а там человек семь в красно-синих шарфах. Ни фига себе! Разворачиваюсь – еще четверо. Ловушка! Снова разворот – иду на прорыв. Бомбочкой пролетел сквозь них, на меня сыпались тумаки. Главное, шарф не сорвали. Погнались они за мной, но у стадиона уже были наши. Я потом, конечно, на других армейских ребятах отыгрался (смеется).
Сильно не били. Кровь появлялась – и хватит. Это не сейчас…

P.S. Иду нырнуть в водохранилище. Возвращаюсь – снова речи. Батюшка с микрофоном и порцией воспоминаний. «Помним мы это? – кричит он в стиле Навального и сам же отвечает: – Да! Сорок лет нашему движению!».
Потом были конкурс знатоков, песни под гитару, пиво, много пива, купание и снова клятвы в любви к «Спартаку»…

Источник:Советский спорт

Добавил :Duc8