Наверное, так хорошо быть сейчас немцем. Наверное, просто офигительно. Натюрлих. Жаль, слов мало знаю.

Вчера я впервые болел за сборную Германии. Я знал, что буду за неё болеть в этой игре, когда стал известен состав полуфинальной пары, то есть это не связано с развитием событий в матче. Жил три дня со странным пониманием: впервые. До сих пор я испытывал к немцам разные чувства, среди которых, кстати, не встречалась ненависть (а то подумаете ещё чего); уважение преобладало, злорадство встречалось, холодное, без сопереживания, восхищение сочилось то и дело. Я отдаю себе отчёт в том, что живу в немецкую эпоху. Мой сознательный интерес к футболу исчисляется с 1982 года. Они были чемпионами Европы, они вышли в финал чемпионата мира. Три раза подряд. Потом ещё раз, когда я уже работал в телевизоре. Вот теперь это пятый раз.

Кстати, кто мне объяснит, почему нужно так сильно переживать насчет трёх поражений Голландии в мировых финалах? Германия тоже там трижды проигрывала. Надо просто чаще выходить. И побеждать. А сколько раз ты проиграл – это не повод для расстройства. Это как поручику Ржевскому считать, сколько раз его разжаловали, а не какие у него сейчас эполеты. Мало ли, кто проигрывал в финалах. Даже у Чехословакии это бывало. И у Венгрии тоже.

Да, с 82-го Германия ещё дважды играла в финалах Евро и ещё раз его выиграла.

Да, мы жили в немецкую эпоху, дас ист фантастиш. Эх, английский я в школе учил. А мог быть и немецкий.

И все эти тридцать два года я слышу, что немцы – машина. Даже вошедшее в моду титулование без перевода – Бундесманншафт – ну, потому ведь и прижилось, что звучит почти как бундесмашина. И еще я слышу, что все играют в футбол, а выигрывают немцы. И еще – что это брутальная, голенастая, рыже-блондинистая команда – каток.

А ведь так никогда не было.

В Германии всегда встречались удивительные технари. В восьмидесятые – Литтбарски и Ханси Мюллер, позже Уве Байн. Даже можно ещё вспомнить Вольфганга Вуттке, которого сейчас никто уж не помнит, а я помню, потому что меня так дразнили в детстве – по созвучию (вообще-то я со средней уклюжестью в основном защищал ворота). В девяностые были Мёллер, Хесслер, так и не возник всерьёз, но вполне потехнарил Риккен. Раньше были Нетцер и… В общем, были парни. Это всегда было хитрО, это всегда было с секретом, и это всегда ценилось превыше всего – чего там говорить, главная немецкая футбольная легенда, Фриц Вальтер, парень отвоевавший и отработавший потом в плену… Ему стоит памятник, и он мог быть просто парадным. Хоть на коне. Хоть какой! Но Вальтер изображен на стадионе своего имени в Кайзерслаутерне забивающим свой знаменитейший гол – пяткой в падении через себя. Вот это в нем оценили даже выше собственно личности. Выше медалей. Вот таким он запечатлен. И я этот памятник видел, и тоже немного отшлифовал его пятку ладонью. Чтобы оставалась блестящей…

Мне все чаще кажется, что сборная Германии – как чужая жена. Или чужой муж. Не близко, конечно, тебе знакомые. Вот знаете, иногда сидишь где-нибудь в кафешке и видишь пару… И понимаешь: Боже, какая женщина. Ведь богиня! Богиня, а?.. Но как она за ним ухаживает, как она ему галстук поправила, как она ему крошку с футболки смахнула. Сразу ясно – хозяйка, наверное, детей у них трое (есть или будут), такая мать… А все, может, совсем по-другому. Мы ж не знаем. Может, она его секретарша, откуда и заботливость. А дома его мегера ждёт. А развестись у него сил нет?

Вот так и мы фантазируем себе Германию – могутную, технократическую, машинную. А сама она себя, я уверен, ощущает совсем иначе. Она считает себя нежной и трепетной. Она считает себя тонкой и изящной. И мы правы, потому что так, как мы, на Германию смотрит весь мир. И она права, потому что именно от того, как она сама себя чувствует, у неё получается то, что мы видим, – это вопрос интерпретации.

И вот именно сейчас два этих взгляда во мне вдруг примирились. Они машина – но ведь не всесокрушающий же трактор, а каплевидный мерс. Даже лучше – мне больше подойдет джип, например, Q7. Такой у них тоже есть.

Мы называем их машиной потому, что бразильских, голландских или аргентинских машин просто не знаем.

Это был очень простой и очень эффективный, при этом развеселый и витиеватый футбол. Немцы явно ждали от хозяев стартового штурма и слегка пришипились на первых минутах. Штурм был довольно ватный. Тогда минуты с седьмой они просто перестали пускать бразильцев на свою половину поля. У тех же большие проблемы с начинанием атак – я вам это ещё по поводу матча с Чили говорил, кстати. Ловушка была расставлена с холодной головой и трезвой памятью, а когда в неё стали заходить раз за разом – настал момент для нанесения решительного удара. Раз, два, три – за четыре минуты. Нокаут.

Это от машины.

Но – как это было сделано?

Такие разные голы. Такие ажурные комбинации. Такая нежность в работе с мячом… Ну да, это двигатель. Но он не стучит, не скрипит и бензином не пахнет. Что это значит? Значит, он живой.

Заметьте, я уже почти все рассказал как о Германии, давешней и нынешней, так и о полуфинальном матче, но не назвал ещё ни одного имени. Кто кому пасовал, кто забивал, почему, да и вообще – комплименты там всякие!

А все потому, что они, немцы нынешние – ужасно разные, но сила их по-прежнему в единстве. Игроки там всегда были. Иногда в страшном изобилии, иногда в умеренном, но без единства им случалось терпеть досадные поражения. Как в 2000-м, или как в 2004-м. Для них же неудача – отсутствие хотя бы сраного полуфинала! Вот теперь игроки разные ну просто как никогда, и единство просто всеобъемлющее, и… И еще они такие разные с лица. А значит, разные и по пластике, по технике, по мощи – по всему.

Такой была Голландия в 1988-м – помните «отцов из Суринама»? Такой была и Франция в 1982-м – с Мариусом Трезором и Жаном Тигана, например, что раньше было просто немыслимо. Вы вообще понимаете, сколько событий случилось за эти тридцать лет? Или чуть больше… Я видел парня, который был первым темнокожим игроком в сборной Англии. Не видел его первый матч, но самого его видел. Вы сейчас можете себе представить, что когда-то такие парни за сборную не играли?.. А звали его Вив Андерсон, кстати…

Я никогда не болел за Германию не из-за войны и не из-за того, что надо обязательно иметь врага. Просто я смотрю футбол с 82 года, и мне не забыть, как Франция проиграла Германии в ТОМ матче. Вот чего я ей простить не мог. Бедра Шумахера на голове бедного Баттистона, который чуть не погиб. Обмылка Хрубеша, забивающего решающий пенальти…

Но то, чем была Франция когда-то, то, чем была Голландия потом, и так далее – сегодня это Германия. Удивительная команда, в которой есть все. У вас кто в ней любимый игрок? У меня Хуммельс!

P.S. Аргентина, найди себе негра.

Источник:prosports.ru/fifa2014/blogs/utkin

Добавил:Duc8 

оставлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи!