НЕ ТАКОЙ, КАК ВСЕ. Генеральный директор московского "Спартака" Валерий Карпин объявил, что принимает на себя руководство футбольным коллективом. Фактически становится главным тренером команды. И как долго он будет трудиться в этом качестве, пока совершенно неясно. Шаг нестандартный: с ходу и не вспомнишь, кто и когда поступал так же. Но Карпина это, похоже, смущает меньше всего. Потому что он никогда не был таким, как все. С самого детства.
Ну какой мальчуган, отдавший сердце кожаному мячу, дружит с учебой? А Валера до восьмого класса был круглым отличником и только на финише, когда футбол уже захватил всерьез, немного сбавил - окончил школу с тремя "четверками".
А кто из юношей мог бы выжить в "Освенциме" у Бормана? А он, 17-летний, все муки Валерия Викторовича Овчинникова, который собственные тренировочные сборы ласково называл именем польского концлагеря, вынес в таллиннском "Спорте" с достоинством. И потом даже поблагодарил тренера за закалку, сказав, что именно благодаря Овчинникову стал мужчиной.
Кто, не имея изначально практически никаких футбольных данных для спартаковской игры, смог не просто пробиться в команду, но и стать для красно-белых одной из культовых фигур? Этот паренек из Нарвы чем-то сумел вызвать интерес Олега Ивановича Романцева. Как говорят посвященные, в первую очередь светлой головой и запредельным трудолюбием. А со временем убедил партнеров и болельщиков в том, что тренер не ошибся.
Кто перед матчем с действующими чемпионами мира на их стадионе, бросив взгляд на самоуверенных соперников, мог сказать: "Ну, держитесь, петрушки!" Карп, как звали его партнеры, не просто сказал, но и вбил последний гвоздь в крышку французского гроба, за пять минут до конца матча забив победный гол в историческом матче на "Стад де Франс" в июне 1999 года (3:2).
Кто мог заплакать после обидной развязки важного матча? А Карпин, уже тридцатилетний битый матерый мужик, не прятал слез в лужниковской раздевалке после матча с Украиной в октябре 1999-го. Шок тогда пережили все, но плакал один он.
Кто мог по собственной инициативе не просто ввязаться в судебную тяжбу с испанскими властями, но и выиграть ее? Требование Карпина предоставить ему статус гражданина ЕС, что позволило ему пользоваться правами граждан Западной Европы и не считаться в Примере иностранцем, в ноябре 2000 года было удовлетворено испанской юстицией. Впервые в отношении спортсмена из Восточной Европы.
Кто был способен стабильно играть на энергозатратной позиции крайнего хавбека в одной из сильнейших лиг мира чуть ли не до сорока лет, при этом с юности не отказывая себе в сигаретах? Валери, как звали его в Испании, отыграл там одиннадцать полноценных сезонов (только в Примере 384 матча, 68 голов), мог продолжать и дальше. У него были предложения от трех клубов, но он решил закончить, потому что иссяк психологически (в последнее время играл, по собственному определению, "не приходя в сознание").
Кто еще, будучи действующим игроком, набрался смелости вложить заработанные футболом средства в масштабный бизнес-проект? Карпин за два года до окончания карьеры занялся операциями с недвижимостью в Виго. Из Сан-Себастьяна, где играл, он дважды в месяц прилетал туда и контролировал ход дел, которые поначалу вели его компаньоны. А, повесив бутсы на гвоздь, привычно взял инициативу на себя и вскоре стал известен на Пиренеях не только как яркий футболист, но и как успешный бизнесмен.
Кто из известных мастеров, закончив играть, забыл о любимой игре почти полностью и переключился на новые для себя виды спорта? Имя же Карпина стало мелькать в сообщениях о волейболе, регби, потом он даже стал хозяином велокоманды, поддержав по просьбе властей Галисии популярный в Испании спорт. Пока не соскучился по футболу…
Решение (а сейчас становится ясно, что это в первую очередь было решение Карпина) об отставке Микаэля Лаудрупа уже названо несвоевременным, поспешным, нервным, истеричным и т.д. Можно не сомневаться, что факт "самопровозглашения" тоже получит свою порцию цветастых эпитетов. Диапазон оценок уже сейчас колеблется от скрытого скепсиса до откровенных насмешек. И это вполне понятно: объективных предпосылок к тому, что у гендиректора, а теперь и главного тренера получится то, что он задумал, практически нет.
Нет с точки зрения обычного человека. Но Карпин другой. Он никогда не был таким, как все.
Андрей Колесников, Sportbox.ru
